Во тую во силушку великую,

Стал конюм топтать да и копьем колоть,

И он бьет-то силу, как траву косит, -

У Ильи-то сила не уменьшится.

Он просел в подкопы во глубокие -

Его добрый конь да сам повыскочил,

Он повыскочил, Илью с собой повызданул.

Он пустил коня да богатырского

По тому раздольицу чисту полю

Во тую во силушку великую,

Стал конем топтать да и копьем колоть.

Он и бьет-то силу, как траву косит, -

У Ильи-то сила меньше ведь не ставится,

На добром коне сидит Илья, не старится.

Он просел с конем да богатырскиим,

Он попал в подкопы-то во другие -

Его добрый конь да сам повыскочил

Да Илью с собой повызданул.

Он пустил коня да богатырского

По тому раздольицу чисту полю

Во тую во силушку великую,

Стал конем топтать да и копьем колоть,

И он бьет-то силу, как траву косит, -

У Ильи-то сила меньше ведь не ставится,

На добром коне сидит Илья, не старится.

Он попал в подкопы-то во третии,

Он просел с конем в подкопы-то глубокие,

Его конь да богатырскии

Еще с третиих подкопов он повыскочил

Да оттуль Ильи он не повызданул.

Соскользнул Илья да со добра коня

И остался он в подкопе во глубокоем.

(Былина зафиксировала исторически верную деталь: татары применяли военные хитрости, в частности, устраивали глубокие подкопы – ямы-ловушки, сверху прикрытые тонкими жердями и землей, в которые в разгар боя попадали русские всадники. Эпизод повторяется трижды – былина подчеркивает, что с таким опасным и хитрым противником невозможно сражаться в одиночку даже могучему и бесстрашному русскому богатырю.)

Да пришли татары-то поганые,

Да хотели захватить они добра коня.

Его конь-то богатырскии

Не сдался им во белы руки -

Убежал-то добрый конь да во чисто поле.

Тут пришли татары-то поганые,

Нападали на старого казака Илью Муромца,

А й сковали ему ножки резвые

И связали ему ручки белые.

Говорили-то татары таковы слова:

- Отрубить ему да буйную головушку!

(В героических былинах о борьбе с врагом, как правило, всегда побеждает русский богатырь. Здесь с помощью хитрости татары хватают Илью и берут в плен. Былина постоянно подводит слушателя к мысли о необходимости единения.)

Говорят ины татары таковы слова:

- Ай не надо рубить ему буйной головы -

Мы сведем Илью к собаке царю Калину,

Что он хочет, то над ним и сделает.

Повели Илью да по чисту полю

А ко тем палаткам полотняныим .

Привели его к собаке царю Калину,

Становили супротив собаки царя Калина,

Говорили татары таковы слова:

- Ай, же ты, собака да наш Калин-царь!

Захватили мы да старого казака Илью Муромца

Да во тех-то подкопах во глубокиих

И привели к тебе, к собаке царю Калину,

Что ты знаешь, то над ним и делаешь!

Тут собака Калин-царь говорил Илье да таковы слова:

- Ай, ты, старыя казак да Илья Муромец!

Молодой щенок да напустил на силу на великую,

Тебе где-то одному побить силу мою великую!

(Слова царя Калина еще раз подчеркивают главную мысль былины: с таким врагом «один в поле не воин», необходимы силы всего русского народа.)

Вы раскуйте-тко Илье да ножки резвые,

Развяжите-тко Илье да ручки белые.

И расковали ему ножки резвые,

Развязали ему ручки белые.

Говорил собака Калин-царь да таковы слова:

- Ай же старыя казак да Илья Муромец!

Да садись-ка ты со мной а за единый стол,

Ешь-ка яствушку мою сахарную,

Да и пей-ка мои питьица медвяные,

И одень-ко ты мою одежу драгоценную,

И держи-тко мою золоту казну,

Золоту казну держи по надобью -

Пространство и вещь как философско-художественные образы
Изучая пространство, Бродский оперирует не Эвклидовыми «Началами», а геометрией Лобачевского, в которой, как известно, параллельным прямым некуда деться: они пересекаются. И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут, но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут, тут конец перспективы. Пространство для поэта бесконечно, но это ...

«Житие Феодосия Печерского» как образец ранней отечественной агиографии
Нестор создал на основе воспоминаний современников подробное жизнеописание Феодосия Печерского, инока, затем игумена Киево-Печерского монастыря, ставшее образцом в жанре преподобнического жития. Произведение содержит драгоценные сведения о монастырском быте и нравах, об отношениях к монахам простых мирян, бояр и великого князя. Позднее ...

«Слово о законе и благодати» митрополита Иллариона. Отражение в «Слове о законе и благодати» культурного расцвета и политического значения древнерусского государства
Священник Иларион (будущий митрополит) пишет «Слово о законе и благодати» — богословский трактат, в котором, однако, из догматических рассуждений о превосходстве «благодати» (Нового завета) над «законом» (Ветхим заветом) вырастает отчетливо выраженная церковно-политическая и патриотическая тема: принявшая христианство Русь — страна не м ...