|
Он вставал по утрушку ранешенько, Умывается да он белешенько, Снаряжается он хорошохонько. Да йдет на конюшню на стоялую, А берет в руки узду да он тесьмяную, А берет он дедушкова да ведь добра коня. Он поил Бурка питьем медвяныим, Он кормил пшеной да белояровой, Он седлал Бурка в седелышко черкасское, Он потнички да клал на потнички, Он на потнички да кладет войлочки, Клал на войлочки черкасское седелышко, Всех подтягивал двенадцать тугих подпругов, Он тринадцатый-то клал да ради крепости, Чтобы добрый конь-то с-под седла не выскочил, Добра молодца в чистом поле не вырутил. Подпруги были шелковые, А шпеньки у подпруг всю булатные, Пряжки у седла да красна золота - Тот да шелк не рвется, да булат не трется, Красно золото не ржавеет, Молодец-то на коне сидит да сам не стареет. Поезжал Добрыня сын Никитинец, На прощанье ему матушка да плетку подала, Сама говорила таковы слова: «Как будешь далече во чистом поле, На тыи горы да на высокия, Потопчешь младыих змеенышей, Повыручишь полонов да русскиих, Как тыи-то младые змееныши Подточат у Бурка как они щеточки, Что не сможет больше Бурушко поскакивать, А змеенышей от ног да он отряхивать, Ты возьми-ка эту плеточку шелковую, А ты бей Бурка да промежу ноги, Промежу ноги да промежу уши, Промежу ноги да межу задние,- Станет твой Бурушко поскакивать, А змеенышей от ног да он отряхивать - Ты притопчешь всех да до единого». (Мать дает Добрыне мудрый совет и чудесную плетку.) Как будет он далече во чистом поле, На тыи горы да на высокия, Потоптал он младыих змеенышей. Как тыи ли младые змееныши Подточили у Бурка как они щеточки, Что не может больше Бурушко поскакивать, Змеенышей от ног да он отряхивать. Тут молодой Добрыня сын Никитинец Берет он плеточку шелковую, Он бьет Бурка да промежу уши, Промежу уши да промежу ноги, Промежу ноги межу задние. Тут стал его Бурушко поскакивать, А змеенышей от ног да он отряхивать, Притоптал он всех да до единого. Выходила как Змея она проклятая Из тыи норы да из глубокия, Сама говорит да таковы слова: «Ах ты, эй, Добрынюшка Никитинец! Ты, знать, порушил свою заповедь. Зачем стоптал младыих змеенышей, Почто выручал полоны да русские?» Говорил Добрыня сын Никитинец: «Ах ты, эй, Змея да ты проклятая! Черт ли тя нес да через Киев-град, Ты зачем взял князеву племянницу, Молоду Забаву дочь Потятичну? Ты отдай же мне-ка князеву племянницу Без боя, без драки-кроволития!» (Былина подчеркивает лицемерие и наглость врага, первым нарушившего заповеди, но обвиняющего богатыря, и дипломатичность Добрыни, до конца пытающегося без драки-кровопролития урегулировать мирные отношения). Заводила она бой-драку великую. Они дрались со Змеею тут трои сутки, Но не мог Добрыня Змею перебить. Хочет тут Добрыня от Змеи отстать - Как с небес Добрыне ему глас гласит: «Молодой Добрыня сын Никитинец! Дрался со Змеею ты трои сутки, Подерись со Змеей еще три часа: Ты побьешь Змею да ю, проклятую!» Он подрался со Змеею еще три часа, Он побил Змею, да ю, проклятую, - Та Змея, она кровью пошла. Стоял у Змеи он тут трои сутки, А не мог Добрыня крови переждать. Хотел Добрыня от крови отстать, Но с небес Добрыне опять глас гласит: «Ах ты, эй, Добрыня, сын Никитинец! Стоял у крови ты тут трои сутки - Постой у крови да еще три часа, Бери свое копье да мурзамецкое И бей копьем да во сыру землю, Демонические традиции Поэзия В.А. Жуковского «Калигула» |
Несказочная поэзия. Былины
Страница 19
Информация о литературе » Русское устное народное поэтическое творчество » Несказочная поэзия. Былины
