Человеческим да он голосом:

«Как прости-ко ты меня, хозяинушко,

А позволь-ко мне да слово вымолвить, –

Третьи суточки да ног не складучи,

Я вожу двух русских могучих богатырей,

Да й в третьих с конем богатырским».

Тут Святогор-богатырь да опомнился,

Что у него в кармане тяжелешенько;

Он берет Илью за желты кудри,

Он кладет Илью да на сыру землю

Как с конем его да богатырскиим.

Начал спрашивать да он выведывать:

«Ты скажи, удалый добрый молодец,

Ты коей земли да ты какой орды?

Если ты – богатырь святорусский,

Так поедем мы да во чисто поле,

Попробуем мы силу богатырскую».

Говорит Илья да таковы слова:

«Ай же ты, удалый добрый молодец,

Я вижу силушку твою великую,

Не хочу я с тобой сражатися,

Я желаю с тобой побрататися».

Святогор-богатырь соглашается,

Со добра коня да опущается.

И раскинули они тут бел шатер,

А коней спустили во луга зеленые,

Во зеленые луга они, стреножили.

Сошли они оба во белой шатер,

Они друг другу порассказалися,

Золотыми крестами поменялися,

Они с друг другом да побраталися,

Обнялись они поцеловалися, -

Святогор-богатырь да будет больший брат,

Илья Муромец да будет меньший брат.

Хлеба-соли тут они откушали,

Белой лебеди порушали

И легли в шатер да опочив держать.

И недолго, немало спали – трое суточек,

На четвёрты они да просыпалися,

В путь-дороженьку да отправлялися.

Как седлали они да коней добрыих,

И поехали они да не в чисто поле,

А поехали они да по святым горам,

По святым горам да Араратскиим.

Прискакали на гору Елеонскую,

Как увидели они да чудо чудное,

Чудо чудное, да диво дивное:

На горе на Елеонския

Как стоит тут да дубовый гроб.

Как богатыри с коней спустилися,

Они ко гробу к этому да наклонилися.

Говорит Святогор да таковы слова:

«А кому в этом гробе лежать сужено?

Ты послушай-ко, мой меньший брат,

Ты ложись-ко во гроб да померяйся,

Тебе ладен ли да тот дубовый гроб».

Илья Муромец да тут послушался

Своего ли братца большего, -

Он ложился Илья да в тот дубовый гроб.

Этот гроб Илье да не поладился,

Он в длину длинен и в ширину широк,

И вставал Илья да с того гроба.

А ложился в гроб да Святогор-богатырь,

Святогору гроб да поладился,

Говорит Святогор да Илье Муромцу:

«Ай же ты, Илья, да мой меньший брат,

Ты покрой-ко крышечку дубовую,

Полежу в гробу я, полюбуюся».

Как закрыл Илья крышечку дубовую,

Говорит Святогор таковы слова:

«Ай же ты, Ильюшенька да Муромец,

Мне в гробу лежать да тяжелешенько,

Мне дышать-то нечем да тошнешенько,

Ты открой-ко крышечку дубовую,

Ты подай-ко мне да свежа воздуху».

Как крышечка не поднимается,

Даже щелочка не открывается.

Говорит Святогор да таковы слова:

«Ты разбей-ко крышечку саблей вострою».

Илья Святоголра послушался,

Берет он саблю вострую,

Ударяет по гробу дубовому.

А куда ударит Илья Муромец,

Тут становятся обручи железные;

Начал бить Илья да вдоль и поперек,

Все железные обручи становятся.

Говорит Святогор да таковы слова:

«Ах ты, меньший брат да Илья Муромец,

Видно, тут мне, богатырю, кончинушка,

Ты схорони меня да во сыру землю,

Ты бери-ко моего коня да богатырского,

Наклонись-ко ты ко гробу ко дубовому,

Я дохну тебе да в личко белое,

У тя силушки да поприбавится».

Говорит Илья да таковы слова:

«У меня головушка есть с проседью,

Мне твоей-то силушки не надобно,

А мне своей-то силушки достаточно;

Если силушки у меня да прибавится,

Неоднозначность и современность образа
Таким образом, несложно понять, что образ Дон Жуана весьма противоречив. Это объясняется тем, что Мольер, вопреки канонам классицизма, создал объективный образ вместо исключительно отрицательного, каким он был раньше. Дон Жуан Мольера – не абстрактный грешник, а человек со своими взглядами, несомненными недостатками, но и определенными ...

Фольклор как основа художественной картины мира в поэзии С. Есенина.
Основы поэтики Есенина – народные. Фольклор – это искусство, создаваемое народом и бытующее в широких народных массах. Поэзия Сергея Есенина и фольклор имеют очень тесную связь. Есенин сам неоднократно отмечал, что образность его поэзии восходит к народной. «Не я выдумал этот образ, он был и есть основа русского духа и глаза, но я первы ...

Литературный язык как высшая форма языка общенародного.
Одной из важнейших задач истории литературного языка явля­ется определение характера и роли в творческой обработке общена­родного языка тех выдающихся деятелей, которых Горький назвал «мастерами слова». Было бы совершенно неправильно полагать, что под мастерами слова следует разуметь исключительно только писа­телей. Такая точка зрения н ...