Несказочная поэзия. Былины
Страница 21

(Очевидно, что Владимир впервые видит Алешу, он должен знать сословное положение гостей, чтобы определить, в какое место за столом их посадить.)

Говорит тут Алеша Попович млад:

«Меня, осударь, зовут Алешею Поповичем,

Из города Ростова, старого попа соборного».

В те поры Владимир-князь обрадовался,

Говорил таковы слова:

«Гой еси, Алеша Попович млад!

По отечеству садися в большое место, в передний уголок,

В другое место богатырское,

В дубову скамью против меня,

В третье место, куда сам захошь».

(По-видимому, Владимир понаслышке знает об Алеше как о богатыре. Любопытная бытовая подробность: как сын соборного священника он может занимать почетное место в переднем углу, то есть под образами. Как богатырю Владимир уважительно предлагает Алеше место напротив себя.)

Не садился Алеша в место большее

И не садился в дубову скамью -

Сел он со своим товарищем на палатный брус.

(Поскольку Яким не может претендавать на почетное место за столом, Алеша предпочитает сесть на самое скромное и незаметное место – на полатях возле печки вместе со своим товарищем).

Мало время позамешкавши,

Несут Тугарина Змеевича

На той доске красна золота

Двенадцать могучих богатырей,

Сажали в место большее,

И подле него сидела княгиня Апраксеевна.

(Образ Тугарина неясен. Он назван Змеевичем, но атрибутами змея не наделяется. Гиперболизируется огромность Тугарина – его несут двенадцать могучих богатырей. Ему оказывают особый почет, усаживая рядом с княгиней Апраксой. Архаичная деталь: Тугарина вносят в дом на золоченой доске, паланкине, как вносили, согласно ритуалу, татарских владык, не давая им коснуться земли).

Тут повары были догадливы -

Понесли яства сахарные и питья медвяные,

А питья все заморские,

Стали тут пить-есть, прохлаждатися.

А Тугарин Змеевич нечестно хлеба ест,

По целой ковриге за щеку мечет -

Те ковриги монастырские,

И нечестно Тугарин питья пьет –

По целой чаше охлестывает,

Котора чаша в полтретья ведра.

(Былина отмечает невоспитанность Тугарина, гиперболизирует его прожорливость и непомерное употребление вина. Русский обычай требовал есть не торопясь, пристойно вести застольную беседу).

И говорит в те поры Алеша Попович млад:

«Гой еси ты, ласковый осударь Владимир-князь!

Что у тебя за болван пришел?

Что за дурак неотесанный?

Нечестно у князя за столом сидит,

Княгиню он, собака, целует во уста сахарные,

Тебе, князю, насмехается.

А у моего сударя-батюшки

Была собачища старая,

Насилу по подстолью таскалася,

И костью та собака подавилася -

Взял ее за хвост, под гору махнул.

От меня Тугарину то же будет!»

Тугарин почернел, как осенняя ночь.

Алеша Попович стал как светел месяц.

(Алеша нарочно вышучивает и унижает Тугарина, сравнивая его со старой обжорой-собачищей, старается разозлить его и вызвать на бой – это один из его испытанных приемов в обращении с врагом. В отличие от Алеши князь Владимир проявляет беспомощность, никак не обнаруживает своих чувств. Дерзость Алеши по отношению к почетному гостю Тугарину усиливается тем, что он сидит не в «большем» месте, а на полатях, где обычно сидят слуги и дети).

И опять в те поры повары были догадливы -

Носят яства сахарные и принесли лебедушку белую,

И ту рушала княгиня лебедь белую.

Обрезала рученьку левую,

Завернула рукавцем, под стол опустила,

Говорила таковы слова:

«Гой еси вы, княгини-боярыни!

Либо мне резать лебедь белую,

Либо смотреть на мил живот,

На молода Тугарина Змеевича!»

(Княгиня ведет себя неподобающе. Она так засмотрелась на Тугарина, что порезала руку, разрезая традиционное блюдо – лебедь печеную.)

Страницы: 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26


Школа зла
Растление — одно из самых грозных слов в шаламовском приговоре лагерю. На собственном опыте писатель имел возможность убедиться, что нравственные и тем более физические силы человека не безграничны. Во многих его рассказах появляется образ доходяги — заключенного, который достиг предельной степени истощения. Доходяга живет лишь элемента ...

Литературные системы и стадии развития. Три стадии литературного развития
Стадии литературного процесса привычно мыслятся как соответствующие тем этапам истории человечества, которые с наибольшей отчетливостью и полнотой явили себя в странах западноевропейских и особенно ярко – в романских. В этой связи выделяются литературы древние, средневековые и – литературы Нового времени с их собственными этапами (вслед ...

Демонические мотивы в литературе.
Отношение к Сатане как аллегорической фигуре, воплощающей мировое зло, и одновременно конкретному его носителю, имеющему определенное материальное воплощение, в ту или иную эпоху было различным. Первый бунтовщик и возмутитель божеского порядка, носящий несколько имен (Сатана - "противник", дьявол, Люцифер и др.), в Ветхом зав ...