Литературный язык как высшая форма языка общенародного.
Страница 3
Информация о литературе » Литературный язык » Литературный язык как высшая форма языка общенародного.

Что же касается древнерусского литературного языка, то наз­вать его «письменным языком» нельзя, потому что он не являлся своего рода автономией, не имел своего особого словарного состава и грамматического строя, а был органически связан и поэтому соот­несен с разговорным языком древней Руси.

Специфика литературного языка состоит в том, что это язык нормированный как в отношении словарного состава, так и грам­матического строя. В отличие от диалектов, жаргонов, а также просторечных языковых средств литературный язык немыслим без исторически развивающейся литературной нормы. Она призвана устанавливать и узаконивать употребление типичного для литера­турного языка и его стилей известного круга слов и их значений (лексико-семантические нормы), морфологической структуры и син­таксических конструкций (грамматические нормы), а также самые способы и приемы употребления речевых средств, методы создания средств художественной изобразительности (стилистические нор­мы), не говоря уже о единообразном произношении, принятом для каждого языка в определенный период его развития (орфоэпические нормы).

Литературная норма изменяется в зависимости от развития языка. Например, в русском языке со времени Пушкина и до наших дней произошли некоторые изменения в словарном составе и граммати­ческом строе. Это, конечно, не могло не отразиться на понятии ли­тературной нормы, которая не может быть антиисторичной, не может идти против течения и предписывать языку то, что не соответствует его состоянию и тенденциям развития, которые постоянно обнару­живаются в языке. Нормализаторы языка не должны отставать от века и удерживать в языке отжившее, исчезающее.

Важнейшая задача литературной нормы — улавливать новое, жизненное, типичное для всего языка. Творцом и носителем языка является народ. Поэтому литературная норма должна быть обще­народной, современной и отражать поступательное развитие языка.

Так как под понятием литературного языка объединяются две важнейшие его разновидности — книжная, и разговорная, то вопро­сы нормы и культуры речи относятся к тон и другой, но прежде все­го — к языку книжно-литературному, который служит задаче наи­более широкого культурного общения; именно на его основании соз­дается национальная языковая норма. Проф. Е. С. Истрина подчер­кивает, что разговорный язык, сохраняя общую литературную нор­му, отличается все же меньшей отделкой, меньшей строгостью сво­ей системы: «Разговорный язык обслуживает небольшие коллекти­вы, причем обычно более или менее близких между собою людей; он проявляется в основном во взаимной беседе, в диалоге, в вопросах и ответах; в нем значительное место занимает мимика, жесты, ин­тонация. Он более подвижен и менее ответственен. В нем иной под­бор слов, допустимы иные формы; в нем менее отчетливое произно­шение. Разговорный язык допускает так называемое просторе­чие и сближается с ним».

Литературному языку обычно противопоставляется просторечие. Такое противопоставление проливает свет на своеобразие и соотношение этих двух языковых категорий. В отличие от литера­турного языка с его общепризнанной литературной нормой про­сторечие квалифицируется как отступление от этой нормы, как нелитературная речь, как атрибуты различных социально-речевых стилей, характерных для общенародной разговорно-бытовой речи.

К просторечию относятся те многочисленные и весьма разно­образные по своему происхождению речевые средства, которые ос­таются за пределами литературного языка и рассматриваются как фамильярно-упрошенные, иногда грубоватые, не характерные для книжной речи и образцового языка, но широко известные в разго­ворной речи.

От диалектизмов просторечные слова отличаются тем, что они бытуют не в каком-либо одном говоре, а известны всему народу. Такие, например, слова, как якшаться (употребляемое Пушкиным), трухнуть (Гоголем), гурьба (Щедриным) и другие, часть которых отнесена Академическим словарем 1847 года к просторечным, из­вестным всему народу. Значительная часть такого рода слов, ква­лифицируемых, например, Академическим словарем русского языка (1789) как просторечные, с течением времени вошла в литера­турный язык. Это слова: ковылять, плутать, молодиться, свадьба, молодежь и другие, которые в словарях XIX века и современных уже не имеют стилистических помет, указывающих на их простореч­ный характер.

Из этого можно сделать вывод, что просторечие — это резерв, за счет которого пополняется лексика литературного языка. Видную роль в системе средств образного выражения играют также те прос­торечные значения, которые возникают у общеупотребительных слов вследствие их метафорического употребления {накатать — «написать», так и режет — «бойко говорит» и т. п.).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8


Россия в «Окаянные дни»
Октябрьская революция – часть русской истории, часть русской культуры. Здесь слиты воедино и триумф и драма народа. Русская революция воспринималась большевиками как закономерный итог исторического развития страны, народа, общества, как естественное разрешение противоречий современной действительности. Начавшись под лозунгом общечеловеч ...

Лесков Н.С. в англоязычном литературоведении. Переводы и литературно-критические публикации о Н.С. Лескове в англоязычном литературоведении
Различные аспекты рецепции (перевод, влияние писателя на иноязычную литературу и восприятие писателем иноязычных литературных явлений, подражания, критические интерпретации, все виды откликов одной литературы на явления другой литературы) изучались издавна, но лишь в связи с понятием диалога, утвержденным М.М. Бахтиным, рецепция станови ...

Андеграундный «слой» в индустриальной прозе.
Соцреалистическая модель в романе Л.Леонова «Соть» связана с наиболее заметными читателю фактами: главный герой – коммунист, руководитель строительства. Сюжетная динамика отражает превращение глухого, заброшенного в лесной чащобе края в индустриальный ценр, производящий бумагу, на которой будет печататься букварь для неведомой маленькой ...