Некрасов Н.А. - народный поэт
Страница 1
Информация о литературе » Некрасов Н.А. - народный поэт

Великий русский поэт Николай Алексеевич Некрасов родился 10 декабря 1821 года (по новому стилю) в местечке Немирове Каменец-Подольской губернии .

Его отец, Алексей Сергеевич, небогатый помещик, слу­жил в то время в армии в чине капитана. Через три года после рождения сына он, выйдя в отставку майором, навсегда поселился в своем родовом ярославском име­нии Грешневе.

Грешнево находится неподалеку от Волги, на равнине, среди бесконечных полей и лугов. Здесь, в деревне, поэт провел свое детство.

При усадьбе был старый, запущенный сад, обнесенный глухим забором. Мальчик проделал в заборе лазейку и в те часы, когда отца не было дома, зазывал к себе кре­стьянских детей. Дети врывались в сад и набрасывались на яблоки, груши, смородину, вишни. Но стоило няньке крикнуть: «Барин, барин идет!»— как они мгновенно исчезали.

Конечно, господскому сыну не дозволялось дружить с детьми крепостных крестьян. Но, улучшив удобную мину­ту, мальчик убегал через ту же лазейку к своим дере­венским друзьям, уходил с ними в лес, купался с ними в речке Самарке, делал «грибные набеги».

Барский дом стоял у самой дороги, а дорога была в ту пору многолюдной и бойкой — столбовая ярославско-костромская дорога. Мальчик, выбравшись тайком за ограду усадьбы, знакомился на дороге со всяким рабочим народом: с печниками, малярами, кузнецами, землеко­пами, плотниками, переходившими из деревни в дерев­ню, из города в город в поисках работы.

Так народная жизнь и богатая, меткая народная речь стали близки Некрасову с самого раннего детства. Этой речью поэт овладел с первых дней своей жизни. И разве мог бы он написать «Коробейников», «Мороз, Красный нос», «Кому на Руси жить хорошо», если бы не провел свое детство в такой близости к родному народу!

Няня поэта была крепостная, и потом он не раз вспо­минал, с какой любовью слушал ребенком «рассказы нянюшки своей», то есть старинные русские народные сказки, те самые, что в течение многих столетий сказы­вались в каждой крестьянской семье каждому крестьян­скому ребенку.

Любовь к полям и лесам своей родины, к ее весенне­му «зеленому шуму» тоже впервые зародилась у него в те ранние детские годы. Он горячо восхищался родной ярославской природой, красотой ее зеленых просторов:

Там зелень арче изумруда,

Нежнее шелковых ковров,

И как серебряные блюда

На ровной скатерти лугов

Стоят озера .

Впоследствии вернувшись из заграничной поездки, он отметил в одной из черновых своих рукописей, что при­рода Грешнева ему милее всех прославленных заморских краев:

Я посещал Париж, Неаполь, Ниццу,

Но я нигде так сладко не дышал,

Как в Грешней.

И едва ли поэт создал бы свои бессмертные песни о русской природе, если бы не сроднился с нею с первых же лет своей жизни.

Детские воспоминания Некрасова связаны с Волгой, которой он потом посвятил столько восторженных и нежных стихов. «Благословенная река, кормилица народа!» — говорил он о ней.

Но здесь, на этой « - благословенной реке», ему довелось испытать первое глубокое горе.

Он бродил по берегу в жаркую пору и вдруг услышал какие-то стоны и вслед за тем увидел бурлаков, которые брели вдоль реки,

Почти пригнувшись головой

К ногам, обвитым бечевой.

Они стонали от изнурительной, невыносимо тяжелой работы.

Потрясенный, испуганный мальчик долго бежал вслед за ними. Когда они расположились на отдых, он при­близился к их костру. До него донеслись слова — боль­ной, замученный непосильным трудом человек говорил товарищам, что опостылела ему эта невыносимая жизнь, что «кабы к утру умереть, так лучше было бы еще».

Его слова взволновали Некрасова до слез.

О, горько, горько я рыдал.

Когда в то утро я стоял

На берегу родной реки,

И в первый раз ее назвал

Рекою рабства и тоски!

В этом впечатлительном мальчике рано проявилась та «страстность к чужому страданию», которая и сдела­ла его великим поэтом.

И сердце, обливаясь кровью,

Чужою скорбию болит .—

говорил он о себе в одном стихотворении.

Бойкий и, казалось бы, беззаботный дворянский ребе­нок стал уже в те ранние годы не по-детски задумыва­ться над жестокостями жизни. Рано открылось ему «зрелище бедствий народных», к которому были так не­чувствительны многие другие дворянские дети.

По той дороге, которая проходила мимо усадьбы Не­красовых, гнали в Сибирь арестантов, закованных в кандалы. Будущий поэт на всю жизнь запомнил «пе­чальный звон — кандальный звон», раздававшийся на этой «проторенной цепями» дороге.

Еще одно горе довелось ему видеть «в золотую пору малолетства» — горе в родной семье, его мать, Елена Андреевна, мечтательная, кроткая женщина, очень страдала в замужестве. Она была человеком высокой культуры, а муж у нее был невежественный, жестокий и грубый. Целыми днями она оставалась в усадьбе одна, а муж постоянно разъезжал по соседним помещикам: его излюбленными развлечениями были карты, попойки, псовая охота на зайцев. Бывали такие дни, когда она целыми часами играла на рояле, и плакала, и пела о своей горькой неволе. «Она была певица с удивительным голосом»,— вспоминал поэт о ней впоследствии. По его словам, тот печальный напев, который слышится в иных его стихах, внушен ему песнями матери:

Страницы: 1 2 3 4 5 6


Сонеты
Наиболее вероятное время создания сонетов — 1593-1600. В 1609 вышло единственное прижизненное издание с посвящением, которое и по сей день продолжает оставаться одной из шекспировских загадок. Оно было адресовано таинственному W. H.: тот ли это «прекрасный юноша», друг, к которому обращено большинство сонетов (1-126 из общего числа — 15 ...

Образы детей в рождественских рассказах Ч. Диккенса и святочных рассказах русских писателей второй половины XIX века
Данная статья – попытка обозначить некоторые параллели в обрисовке образов детей и мотивов, с ними связанных, в жанре рождественского рассказа. Для анализа были выбраны три произведения Ч.Диккенса – «Рождественская песнь в прозе», «Сверчок за очагом» и «Рождественская елка», а также сборник «Святочные рассказы» русских писателей ХIХ век ...

Прием наделения поэтической, словесной формы иконической функиией
Текст у Бродского не просто описывает предметы, но иногда их изображает, подобно искусствам, построенным на иконических знаках, — таким, как живопись или кинематограф. Такая установка присуща многим поэтическим системам (например, барокко) и не является отличительным признаком именно поэтики Бродского81. Но у Бродского она выражена дово ...