Таким образом, можно говорить о том, что в терминах логического анализа в сказке тоже имеет место наличие парных признаков, которые получают определенную квалификацию и оценку. При этом эти признаки всегда одни и те же: "добро" и "зло".

Это положение еще раз подтверждается выводом В.Я.Проппа о том, что все волшебные сказки однотипны по своему строению.

Относительно композиции волшебной сказки В.Я. Пропп замечает: "Все содержание сказки может быть изложено в коротких фразах, вроде следующих: родители уезжают в лес, запрещают детям выходить на улицу, змей похищает девушку и т.д. Все сказуемые дают композицию сказок, все подлежащие, дополнения и другие части фразы определяют сюжет. Другими словами: та же композиция может лежать в основе разных сюжетов. Похищает ли змей царевну или чорт поповскую дочку, это с точки зрения композиции безразлично".

Вывод, к которому приходит Пропп относительно схемы построения сказок, это – тезис "о полном единообразии строения волшебных сказок", несмотря на их видимое богатство и разнообразие.

По сути дела, такое понимание композиции волшебной сказки и есть организация ее в определенные макроструктуры и анализ последних с помощью макроправил, основывающихся на макропропозициях. Устанавливается связь одной последовательности пропозиций с последовательностями пропозиций более высокого уровня, а затем выводится глобальное значение эпизода или всего дискурса из локальных значений.

В понимании сказки и басни есть общие моменты. В обоих РЖ обязательным является наличие субфрейма "Вымысел" со всеми его атрибутами. Как в басне, так и в сказке налицо противопоставление парных признаков объектов. Правда, способ их представления и их сущностные параметры будут отличаться друг от друга в этих речевых жанрах. В сказке обязательно присутствуют две категории признаков, которые четко разделяют все виды знаний на две категории, которые представляют две противоположные, но находящиеся во взаимосвязи сущности, в самом общем виде их можно охарактеризовать как добро и зло. Обе эти сущности находятся в постоянном взаимодействии, точнее, в состоянии противоборства. По ходу развития событий, представленных в этом речевом жанре, каждая из этих сущностей попеременно одерживает верх, но в итоге победа остается за добром. В басне эти парные признаки также построены по принципу оппозиции, например, ум – глупость, жадность – щедрость, трудолюбие – лень, простота – хитрость и т.д. Однако здесь такой однозначности в оценочном факторе не наблюдается. В самом составе фрейма имеется оценочный компонент, который помогает реципиенту разобраться в том, как охарактеризовать то или иное явление, является ли оно положительным или отрицательным. И здесь вырисовывается интересный феномен, который заключается в том, как квалифицируются бинарные признаки, построенные в оппозиции, в сказке и басне. В сказке реципиент однозначно определяет добро как положительный признак, и его симпатии остаются на стороне тех объектов, признаков, связей, отношений, которые способствуют победе добра над злом. В басне такой однозначности может не быть, результатом чего и является вероятность изменения оценочных параметров реципиентом. Не случайно, поэтому, в сказке не бывает морали, поскольку отсутствует необходимость в дополнительном объяснении и обосновании преимущества одного признака перед другим.

Образы моря и паруса в прозе М.Ю.Лермонтова. Образы моря и паруса в романах М.Ю.Лермонтова "Вадим" и "Княгиня Лиговская"
Не только лирике М.Ю.Лермонтова были присущи образы моря и паруса. Встречаем мы их и в романах писателя, как неоконченных, юношеских, так и в венце прозаического творчества М.Ю.Лермонтова – романе "Герой нашего времени". В прозе М.Ю.Лермонтова тесно переплелись романтические мотивы и реализм. Образы моря и паруса более тяготе ...

Жуткий детский фольклор
"Страшные анекдоты" 1. Я знаю историю про Пиковую Даму. Жили-были девочка с мамой. И вот однажды они уехали в лагерь, и вот пошла девочка погулять, а рядом с лагерем было кладбище. И вот девочка Наташа пошла ночью на кладбище, и пришла. Шла-шла, и вдруг увидела кровь. Она хотела потрогать, а оно прыг-прыг, она дотронулась, и ...

Заключение.
Итак, одной из центральных задач истории литературного язы­ка является изучение сложного и многогранного взаимодействия общенародного, «сырого», по словам Горького, ненормированного языка с обработанным, культивированным и творчески обогащен­ным языком литературным. История литературного языка — это история непрерывной творческой обрабо ...