Балладные песни
Страница 2

Ты бери, мати, да золоты ключи,

Отмыкай, мати, шкапы зеркальчаты,

Ты бери, мати, да золоту казну,

Золоту казну да безрасчетную,

Безрасчетную, да сколько надобно,

Ты поди, мати, да на конюшен двор,

Ты бери, мати, коней езжалыих,

Коней езжалыих, да самолучшиих,

Поезжай, мати, да на святую Русь!» -

«Мне не надо твои да золоты ключи,

Мне не надо твоя да золота казна,

Мне не надо твоих коней езжалыих,

Коней езжалыих да самолучшиих,

Не поеду я да на святую Русь,

Я с тобой, дитя, не расстануся!»

Классическая народная историческая баллада о встрече в татарском плену и узнавании матери и дочери. В ней раскрывается трагедия русских женщин- полонянок. В других вариантах песни мать бежит на святую Русь и зовет с собой дочь, но та отказывается, не в силах оставить детей, прижитых с татарином-мужем.

3. МАТЬ КНЯЗЯ МИХАЙЛА ГУБИТ ЕГО ЖЕНУ

Поехал наш князек Михайло

Он во царскую да во службу.

На половине путе да большой дорожки

Под ним добрый конь спотыкнулся,

Черна шляпушка с него да долой свалилась.

Как возговорит князь Михайла:

«Что-то в доме моем нездорово:

Либо матушки моей в живе не стало,

Либо молодой моей княгини!»

Со дорожки князь назад воротился.

Подъезжает князь к широкому подворью.

Родна матушка его встречает,

И за белы рученьки его принимала,

И во уста его целовала.

Как возговорит князь Михайла:

- Уж ты, матушка моя родима,

А где моя молода княгиня?

- Во собор она ушла Богу молиться!

- Нет, в соборике ее, матушка, там не бывало!

Побежал князь скоро к нянькам и к мамкам.

- Уж вы, нянюшки мои, мамки,

И рассенные мои вы, красны девки,

Вы скажите, девушки, где моя княгиня?

- Мы бы рады тебе, князек, сказали -

Мы твоей мамыньки боимся!

- Вы скажите, девушки, не убойтесь!

- Твоя мамынька родима жаркую банюшку топила,

Бел-горюч камень она разжигала,

И по белой груди княгини катала,

И сразу две она души загубила:

Первую – твою княгиню, а второго – в ней младенца.

Побежал скоро князек к матушке родимой,

- Уж ты, матушка моя родима, ты змея стала скоропея!

Зачем ты сразу две души загубила:

Первую – мою княгиню, а второго – в ней младенца?

Семейно-бытовая баллада., одна из наиболее древних, была очень широко распространена и популярна. Злодейскоре убийство беременной невестки, изображенное в балладе, является отражением типичного конфликта в патриархальной семье, когда свекровь имеле почти неограниченную власть над женами сыновей. Недоброе предчувствие и вещие приметы (конь споткнулся, шляпа с головы свалилась), повторяющийся эпизод (князь в одинаковых выражениях спрашивает мать и сенных девушек, где его княгиня) усиливают драматическую развязку, когда князь узнает страшную правду о гибели жены.

4. ДОМНА

(Текст баллады дается вместе с комментарием)

Еще сватался Митрий-от по три года,

Князь Васильевич да по три осени.

На четвертый год да только свадьбе быть,

Только свадьбе быть, только к венцу пойти,

Ай к венцу пойти да обвенчатися.

(Три года подряд Митрий сватается к невесте, значит, она отказывала ему, не хотела выходить за него замуж. Только на четвертый год должна быть свадьба.)

Зазвонили честну ранню заутреню,

Еще ту Христовску да воскресенскую,

Воскресенскую да Вознесенскую.

Чтой пошел князь Митрий ко заутрене,

Он ко той ли ранней к воскресенския,

К воскресенския да к Вознесенския,

Чтой бросалась Домнушка по плеч в окно,

Фалелеевна ровно по поясу:

«Ай не этот ли Митрий князь Васильевич?

Чтой сказали про Митрия – хорош, пригож,

Страницы: 1 2 3 4 5


Особенности биографии Дж. Г. Байрона
Никто в Англии не вызывал такого взрыва противоречивых чувств как Байрон. Его боготворили и проклинали, провозглашали гением - и посредственностью, мучеником свободы - и чудовищем разврата. Взаимоисключающие оценки Байрона во многом обусловлены контрастом в его характере, миросозерцании и соответственно в его поэзии – контрастами, пораж ...

Детская литература в XIX в
Впитав в себя лучшие достижения предшествующих эпох, продолжая и развивая их в новых условиях, детская литература XIX века становится высоким искусством и в лучших своих образцах не уступает достижениям «большой» литературы, до сих пор оказывает благотворное воспитательное воздействие. Развитие детской литературы XIX века происходит в т ...

Пощечина режиму
Шаламов в своей прозе (в отличие, к примеру, от А.И. Солженицына) избегает прямых политических обобщений и инвектив. Но каждый его рассказ тем не менее «пощечина», пользуясь его же словом, режиму, системе, породившей лагеря. Писатель нащупывает общие болевые точки, звенья одной цепи — процесса расчеловечения. То, что «в миру» могло быт ...