Так чувством сладостным душа моя полна,

Так встречей с гением она потрясена.

Мне не забыть всю жизнь отрадной этой встречи,

Ни мастерской его, ни вдохновенной речи.

И все мне видится чудесных ряд картин;

Да, он мечты своей и думы – властелин.

Все образы ему доступны и покорны;

Все дышит, движется под кистью животворной.

Я видела его! Усталый и больной,

Он полон светлого живого вдохновенья.

Я перед ним в немом стояла умилении,

Напрасно мой язык искал речей и слов, –

Я только и могла твердить: Брюллов! Брюллов!

****

Чем ярче шумный пир, беседа веселей,

Тем на душе моей печальной тяжелей,

Язвительнее боль сердечного недуга,

И голос дальнего, оставленного друга

Мне внятней слышится . Ах, бледный и худой,

Я вижу образ твой, измученный нуждой!

Среди довольных лиц, средь гула ликованья

Он мне является с печатаю страданья,

Оставленной на нем бесплодною борьбой

С врагами, бедностью и самою судьбой!

Быть может, в этот час, когда за ужин пышный

Иду я средь других моей стопой неслышной,

Ты, голоден и слаб, в отчаянье немом,

Лежишь один, в слезах, на чердаке глухом,

А я тебе помочь не в силах и не властна!

И, полная тоски глубокой и безгласной,

Я никну головой, не слыша ничего,

Под гнетом тайного унынья моего;

Средь этой ветреной, себялюбивой знати

Готова я рыдать неловко и некстати!

Поэтический монолог « о времени и себе»
Русская литература прошлого проявила не мало усилий для разрешения вопроса о «Власти земли» над крестьянином в условиях социальной несправедливости. Есенин-первый крестьянский поэт, сделавший попытку внутренне преодолеть эту «власть земли». Его опыт не прошел бесследно в советской поэзии, его, несомненно, учитывали многие поэты. Значен ...

Современные реалии в баснях И.А. Крылова
На фоне высокоторжественной патетической лирики двенадцатого года весьма резко выделяются басни И.А. Крылова. В год Отечественной войны 1812 года Крылов становится политическим писателем, именно того направления, которого держалось большинство русского общества. Также ясно политическая идея видна и в баснях двух последующих годов, напр ...

Пространство и вещь как философско-художественные образы
Изучая пространство, Бродский оперирует не Эвклидовыми «Началами», а геометрией Лобачевского, в которой, как известно, параллельным прямым некуда деться: они пересекаются. И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут, но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут, тут конец перспективы. Пространство для поэта бесконечно, но это ...