Исторические песни
Страница 1

1. ЩЕЛКАН ДЮДЕНТЕВИЧ

А и деялося в Орде, передеялось в большой.

На стуле золоте, на рытом бархате, на черевчатой камке

Сидит тут царь Азвяк, Азвяк Таврулович.

Суды рассуживает и ряды разряживает, костылем размахивает

По бритым тем усам, по татарским тем головам, по синим плешам. www.financeworth.ru

Шурьев царь дарил, Азвяк Таврулович, городами стольными:

Василья на Плесу, Гордея к Вологде, Ахрамея к Костроме.

Одного не пожаловал – любимого шурина Щелкана Дюдентевича.

За что не пожаловал? И за то он не пожаловал – его дома не случилося.

Езжал-то млад Щелкан в дальнюю землю Литовскую, за моря синие.

Брал он, млад Щелкан, дани-невыходы, царские невыплаты.

С князей брал по сту рублев, с бояр по пятидесяти,

С крестьян по пяти рублев.

У которого денег нет, у того дитя возьмет,

У которого дитя нет, у того жену возьмет,

У которого жены-то нет, того самого головой возьмет.

Вывез млад Щелкан дани-выходы, царские невыплаты.

Вывел млад Щелкан коня во сто рублев, седло во тысячу.

Узде цены ей нет: не тем узда дорога, что вся узда золота,

Она тем, узда, дорога -царское дарованье, государево величество,

А нельзя, дескать, тое узды ни продать, ни променять,

И друга дарить, Щелкана Дюдентевича.

Проговорит млад Щелкан, млад Дюдентевич:

«Гой еси, царь Азвяк, Азвяк Таврулович!

Пожаловал ты молодцов, любимых шуринов, .

Василья на Плесу, Гордея к Вологде, Ахрамея к Костроме.

Пожалуй ты, царь Азвяк, пожалуй ты меня

Тверью старою, Тверью богатою,

Двумя братцами родимыми, дву удалыми Борисовичи».

Проговорит царь Азвяк, Азвяк Таврулович:

«Гой еси, шурин мой Щелкан Дюдентевич,

Заколи-тка ты сына своего, сына любимого,

Крови ты чашу нацеди, выпей ты крови тоя, крови горячия,

И тогда я тебя пожалую Тверью старою, Тверью богатою,

Двумя братцами родимыми, дву удалыми Борисовичи».

Втапоры млад Щелкан сына своего заколол,

Чашу крови нацедил, крови горячия, выпил чашу тоя крови горячия.

А втапоры царь Азвяк за то его пожаловал

Тверью старою, Тверью богатою,

Двумя братцами родимыми, дву удалыми Борисовичи.

И втапоры млад Щелкан он судьею насел

В Тверь-то старую, в Тверь-то богатую.

А немного он судьею сидел: и вдовы-то бесчестити,

Красны девицы – позорити, надо всеми надругатися,

Над домами насмехатися.

Мужики-то старые, мужики-то богатые, мужики посадские

Они жалобу приносили двум братцам родимыим,

Двум удалыим Борисовичам.

От народа они с поклоном пошли, с честными подарками.

И понесли они честные подарки: злата-серебра и скатного жемчуга.

И нашли его в доме у себя, Щелкана Дюдентевича, -

Подарки принял от них, чести не воздал им.

Втапоры млад Щелкан зачванился он, загорденелся,

И они с ним раздорили:

Один ухватил за волосы, а другой- за ноги, и тут его разорвали.

Тут смерть ему случилася, ни на ком не сыскалося.

Песня о Щелкане реалистично показывает нравы в Орде, всесилие ордынского хана, его суды и правеж. Перед ним льстиво и покорно склоняются татары, желая получить выгодную службу. Песня показывает способы получения дани татарских посланников, проявляющих жестокость и насилие во время сбора дани, и подводит к мысли о непереносимости этих форм ига. Эпизод с конем показывает, каким оскорблениям и унижениям подвергались русские: Песня прибегает к вымыслу и гиперболе. Моральное осуждение Щелкана достигает кульминации там, где в уплату за свое назначение в богатую Тверь он убивает родного сына и пьет его кровь.

В песне приводится достоверный факт: восставшие жители Твери в 1327 г. убили татарского наместника. Но если в песне говорится, что « ни на ком не сыскалося!», то в жизни было иначе: хан Узбек послал карательный отряд, который разорил и опустошил город. Вымысел обусловлен идеей песни: укрепить веру народа в победу, поднять его дух и направить на борьбу с ненавистным врагом. Изменилась система образов по сравнению с былиной. Главный герой песни – враг, через него показана действительность. В этой ранней исторической песне еще видны некоторые следы былинной эпической манеры: последовательно развивается действие, встречаются повторы, былинные эпитеты: скатный жемчуг, рытый бархат.

2. ВЗЯТИЕ КАЗАНИ

Вы послушайте, ребята, послушайте, господа,

Что мы, стары старики, будем сказывати

Про того царя Ивана, про Васильевича.

Как и наш государь под Казань он подступал,

Под тое ли крепку стену белокаменную.

Переправу он держал через мать Волгу-реку.

Закатили канонеры сорок бочек дубовых

Как со лютым со зельем, свинцом-порохом.

Закативши, канонеры зажигали там свечи,

А зажомши свечи, от города отошли,

От города отступали во зеленые луга.

По лужкам-то государь-царь разгуливает,

На тое ли крепку стенушку поглядывает.

А татарушки по стенушке похаживают,

Царя Грозного они подразнивают:

Страницы: 1 2 3 4


Советское государство и общество в 1920-1930-е гг
Репрессии в СССР не прекращались с 1918 года. Однако после завоевания И.В. Сталиным в 1929 году позиции бесспорного лидера они неуклонно ужесточались. Официальная пропаганда подчёркивала, что победа партии большевиков в октябре 1917 г. была достигнута благодаря «мудрому руководству» Сталина. Постепенно формировался ореол непогрешимости ...

Африканские парадоксы Ивлина Во.
«Черная напасть» и «Сенсация» представляют собой фантазию на темы Африки, т.к. события происходят в маленьких африканских государствах Азании и Эсмаилии, государствах, которые бесполезно искать на географических картах. В основе фантазий Во лежит вполне конкретная реальность, которую можно отразить лишь в форме парадоксов, фиксирующих ...

Гончаров
Выдающийся русский романист Иван Александрович Гончаров (1812—1891) разделял с русскими просветителями вражду к крепостному праву и веру в то, что его уничтожение принесет благоденствие России. Однако по своим политическим воззрениям Гончаров склонялся к либерально-консервативной позиции. Романы Гончарова «Обыкновенная история» (1847 г ...