Завершающее место в лирике Есенина занял «зимний» цикл стихотворений. В нем преобладает зимний ландшафт- таков его внешний, чисто зрительный признак.

В течение трех месяцев, почти до самой смерти, Есенин не оставлял этой темы и написал двенадцать стихотворений, в которых отразилась русская зимняя природа.

Весь цикл выдержан в образах русской зимы, но в образах не раздумчивых и спокойных, а метельных, буйных, вихревых: «Плачет метель, как цыганская скрипка»; « а за окном под метельные всхлипы, в диком и шумном метельном чаду, кажется мне- осыпаются липы» и др.

Все это признаки психологических состояний. Снежная метель- это смятение сердца, снежный вихрь- это время, умчавшее счастье и радость, а серебряный ветер- вестник бодрости, жизни, удачи.

Снежная равнина, белая луна,

Саваном покрыта наша сторона.

И березы в белом плачут по лесам.

Кто погиб здесь? Умер? Уж не я ли сам?

Поэт осмысливает свою жизнь, контрастирует необратимость времени и неизбежность смерти. Эти стихи- выражение вечного, непреложного закона круговращения бытия, заставляющего каждого человека оглянуться на свое прошлое.

Все успокоились, все там будем,

Как в этой жизни радей не радей,-

Вот почему так тянусь я к людям,

Вот почему так люблю людей.

Вот от чего я чуть-чуть не заплакал

И, улыбаясь, душой погас,-

Эту избу на крыльце с собакой

Словно я вижу в последний раз.

« Зимний цикл» - последний аккорд есенинской лирики. Прозвучал он в самый канун рокового спада сил, который кончился для поэта трагически. Тем значительнее, мудрее звучащие в нем в прослойке с грустными нотами- жизнелюбивые. Гуманистические мотивы.Чтобы выразить всю гамму этих чувств, поэт, как и прежде, обратился к природе. И в полном слиянии с нею пропел свою последнюю песнь. На смену плодотворнейшему периоду литературной деятельности Есенина, на смену радостным, светлым дням его жизни пришла новая, теперь уж кратковременная полоса душевного кризиса.

Есенин вновь попал под влияние богемы- гнилой, отравленной среды, которую запечатлел в образе гнусавого «черного человека»; эта зловещая, мрачная тень является к поэту напоминать и твердить, что он « пропойца и забулдыга», «скандальный поэт» рождающий «дохлую томную лирику» ( поэма «Черный человек», закончена в 1925году).

Именно такую славу пытались создать Есенину его пресловутые друзья, опять втянули его в алкогольную муть непутевых вечеров и скандалов. Не прибавила ему ни покоя, ни радости и последняя женитьба на Софье Андреевне Толстой, внучке Л.Н. Толстого.

Своему другу Есенин писал « все, на что я надеялся. О чем мечтал, идет прахом. Видно, в Москве мне не остепениться. Семейная жизнь не клеится, хочу бежать! Куда? На Кавказ». Находясь на Кавказе, поэт думал, что, возвратившись в Москву, начнет жить по-другому. Но в Москве многое повторилось. К осени 1925 года осложнилось физическим здоровьем поэта. У него явно были расшатаны нервы. 6 ноября Есенин был принят на лечение в психоневрологическую клинику. Но через месяц он ушел оттуда, не долечившись, и уехал в Ленинград. Физически он был очень слаб. Но и здесь его оставили в покое. Он снова очутился в той обстановке, от которой бежал. Есенину говорят, что он сочиняет стихи- однодневки, что он исписался.

Ослабленный болезнью, поэт не выдержал очевидного приступа депрессии.

27 декабря поздно вечером заперся в номере, спать не ложился и далеко за полночь, между тремя и пятью часам утра, покончил с собой.

Весть о гибели поэта тяжелой болью отозвалась в сердца миллионов людей. Огромная толпа москвичей собралась на Каланчевской площади у вокзала 30 декабря. Процессия в несколько тысяч человек сопровождала катафалку до здания дома печати, где был установлен гроб.

Причитания. Плач по старосте
Вопит старостиха: Спаси, господи, спорядныих суседушек! Благодарствую крестьянам православным, Не жалели, что рабочей поры – времени, Хоронить пришли надежную головошку – Уж вы старосту-судью за поставленую! Он не плут был до вас, не лиходейничек, Соболезновал об обчестве собраном, Он стоял по вам стеной да городовой От этых ми ...

Масленица
10. О, мы Масленицу встречали, Встречали, люли, встречали, Мы сыр с масельцем починали, Починали, люли, починали. Мы блинками гору устилали, Устилали, люли, устилали, Сверху масельцем поливали. Поливали, душа, поливали. Как от сыра гора крута, А от масла гора ясна, Гора ясна, люли, гора ясна. А на горушке снеги сыплют, Снег ...

Снова в Петербурге. Расцвет творчества
Лермонтов был неизмеримо выше среды, окружающей его, и не мог серьёзно относиться к такого рода людям. Ему, кажется, были особенно досадны последние – эти тупые мудрецы, важничающие своею дельностью и рассудочностью и не видящие далее своего носа… Он был весь глубоко сосредоточен в самом себе и не нуждался в посторенней опоре. И.И. Па ...