Если в 19 веке центральный герой романа был, как правило, деятелен, энергичен, изобретателен, имел свою неповторимую точку зрения на мир и свое место в нем, короче, был личностью, то писатели поколения Во все чаще и чаще обращали внимание на человека, ставшего безгласной жертвой обстоятельств. Его водят за нос, эксплуатируют, отправляют воевать, не объяснив за что и с кем, те, в чьих руках власть – социальная и политическая. Этот “маленький человек” может быть сам по себе и не глуп и не зол, но получается так, что он функционирует, никак не проявляя своих личностных качеств. Именно к такому типу, по мнению Елистратовой А. А. (Елистратова А.А. Современная английская литература. – История английской литературы. М., 1958), принадлежит и Поль Пеннифезер.

Автор “Упадка и разрушения” вовсе не собирается погружаться во внутренний мир и живописать движения чувств своих персонажей. В этом смысле все без исключения действующие лица книги статичны. Поль изучает богословие в Оксфорде, потом преподает в частной школе доктора Фейгана, вращается в лондонском свете, попадает в тюрьму из-за махинаций своей возлюбленной Марго и, наконец, снова возвращается в Оксфорд изучать богословие – но все эти приключения никоим образом не меняют его характер, каким он был на первых страницах романа, таким он и прощается с читателем в финале книги, никаких выводов не сделав, так ничему и не научившись.

Возникает своего рода парадокс: “настоящий’’ Поль – со своими привычками, взглядами, симпатиями, убеждениями, реально существует только в надежно защищенном от внешних воздействий интеллектуально-ученом мире Оксфорда – и безвозвратно исчезает, лишь только приходит в соприкосновение с внешним миром, недаром И. Во пошутит мимоходом:”in fact the whole of this book is really an account of the mysterious disappearance of Paul Pennyfeather”.

В этом замечании есть вне всякого сомнения немалая доля истины. Скромный и порядочный Поль сам по себе автору не интересен. Он необходим ему в виде катализатора, провоцирующего реакцию, - в данном случае движение уродливых и карикатурных теней, которые, как в страшном сне, пронеслись мимо Поля и растаяли в воздухе, как только он на последних страницах книги снова переступил порог своей комнаты в Оксфорде.

Мир “Упадка и разрушения” причудлив и фантастичен.

В самом деле, разве в английской частной школе в 20-е годы 20 века могут работать такие невежественные и чудаковатые типы, как Граймс и Прендергаст, разве могла королева лондонского света отравить собственного мужа и ,.вращаясь в высшее свете, быть по совместительству содержательницей сети публичных домов, а ее пятнадцатилетний сын выбирать ей любовников, и , наконец, почему автор так невозмутимо повествует о нелепых кончинах многих своих персонажей? Не человеконенавистник ли он? Но ведь все они лишь только тени … А тогда многое становится допустимым и художественно оправданным.

С помощью гротеска И. Во радикально перестраивает мир реальный, создавая свое удивительное и курьезное “государство”, где за нелепыми фасадами и невероятными видимостями сохраняются в неприкосновенности пружины, которые движут настоящим миром: “неправдоподобные” герои “Упадка и разрушения“ – не в пример своим реальным прототипам – делают то, что им хочется, и говорят то, что действительно думают, не заботясь о соблюдении необходимого декорума.

Приглашая читателя в путешествие по этому миру, Ивлин Во бесстрастно демонстрирует ему ”только факты” – один причудливее другого. Но, если вдуматься, абсурд, царящий на страницах “Упадка и разрушения”, - лишь отражение абсурда, - с точки зрения законов справедливости и порядочности, - царящего в современном писателю английском обществе. Например, внешне нелепы действия членов совета колледжа, исключающих Поля за “непристойное поведение”, как нелепо и смирение Поля, с которым он принимает это решение – бедняга и в самом деле чувствует себя виноватым. Но читатель, ознакомившейся с фактами, представленными ему автором, понимает, что по-своему ученые мужи действовали вполне последовательно: ”непристойное поведение” Поля на самом-то деле заключалось в его бедности, а следовательно, и в неспособности платить большие штрафы. Поль для колледжа нерентабелен – вот с ним и расстаются без сожаления.

Мир жизни дома Прозоровых.
В этой пьесе в еще большей мере чувствуется художественный подтекст и реалистическая символика с их главным лейтмотивом: все стремится к новой жизни, и вся большая ненависть пробуждается в людях к обывательщине. Основной конфликт в пьесе – столкновение морально чистых, «светлых личностей» с миром обывателей, с их жадностью, пошлостью ...

Мотив мира — театра
Этот «барочный» мотив, родственный представлению о мире-тексте, развернут в нескольких стихотворениях Бродского 1990-х гг. В «Храме Мельпомены» (1994) он принимает форму представления о жизни как игре, о существовании человека как роли: Мишель улыбается и, превозмогая боль, рукою делает к публике, как бы прося взаймы: «Если бы не теат ...

Часть II
В то время как в предыдущей главе предлагался общий, сравнительный взгляд на сборники, данный раздел содержит художественный анализ отдельных циклов. Детальное рассмотрение каждого из них даст более подробное и полное описание художественных приемов и языковых средств, создающих и выражающих единство рассказов внутри сборника. Следует у ...