«Скитальцы-страдальцы» - праведники

«Очарованный странник» - тип «русского скитальца» (говоря словами Достоевского). Конечно, Флягин не имеет ничего общего с дворянскими лишними людьми, но он тоже ищет и не может обрести себя. У «Очарованного странника» есть реальный прототип - великий землепроходец и мореход Афанасий Никитин, который в чужой земле «исстрадался по вере», по родине. Так и герой Лескова, человек безграничной русской удали, великого простосердечья, больше всего радеет о родной земле. Флягин не может жить для себя, он искренне считает, что жизнь нужно отдать за что-то большее, общее, а не за эгоистическое спасение души: «Мне за народ очень помереть хочется»

Главный герой чувствует какую-то предопределенность всего, что случается с ним. Его жизнь выстраивается по известному христианскому канону, заключенному в молитве «О плавающих и путешествующих, в недугах страждущих и плененных». По образу жизни Флягин - странник, беглый, гонимый, ни к чему земному в этой жизни не прикипевший; он прошел через жестокое пленение и страшные русские недуги и, избавившись от «гнева и нужды», обратил свою жизнь на служение Богу.

Внешний облик героя напоминает русского богатыря Илью Муромца, а неуемная жизненная сила Флягина, требующая выхода, наталкивает читателя на сравнение со Святогором. Он так же, как и богатыри, несет в мир доброту. Таким образом, в образе Флягина происходит развитие фольклорных традиций былин.

Вся жизнь Флягина прошла в дороге, его жизненный путь - путь к вере, к тому миропониманию и душевному состоянию, в котором мы видим героя на последних страницах повести: «мне за народ очень помереть хочется». В самом странничестве лесковского героя есть глубочайший смысл; именно на дорогах жизни «очарованный странник» вступает в контакт с другими людьми, открывает новые жизненные горизонты. Его путь начинается не с рождения, переломным моментом в судьбе Флягина стала любовь к цыганке Грушеньке. Это светлое чувство и стало толчком к нравственному росту героя. Следует отметить: путь Флягина ещё не окончен, перед ним нескончаемое число дорог.

Флягин - вечный странник. Читатель встречает его в пути и расстается с ним в преддверии новых дорог. Повесть заканчивается на ноте исканий, и повествователь торжественно отдает дань непосредственности чудаков: «провещения его остаются до времени сокрывающего судьбы свои от умных и разумных и только иногда открывающего их младенцам».

Сравнивая между собой Онегина и Флягина, можно прийти к выводу, что эти герои - противоположности, представляющие собой яркие примеры двух типов странников. Флягин отправляется в жизненный путь, чтобы повзрослеть, окрепнуть душой, в то время как Онегин бежит от себя, от своих чувств, прикрываясь маской равнодушия. Но их объединяет дорога, по которой они следуют на протяжении всей жизни, дорога, трансформирующая души и судьбы людей.


Прием наделения поэтической, словесной формы иконической функиией
Текст у Бродского не просто описывает предметы, но иногда их изображает, подобно искусствам, построенным на иконических знаках, — таким, как живопись или кинематограф. Такая установка присуща многим поэтическим системам (например, барокко) и не является отличительным признаком именно поэтики Бродского81. Но у Бродского она выражена дово ...

Романтические традиции в творчестве писателей
В своей работе я остановлюсь на анализе романтических произведений писателей А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова и А. С. Грина. 1) Поэма «Цыганы» как романтическое произведение А. С. Пушкина Наряду с лучшими образцами романтической лирики важ­нейшим творческим достижением Пушкина-романтика ста­ли созданные в годы южной ссылки поэмы «Кавка ...

Календарная обрядовая поэзия. Зимние святки
1. Коляда, коляда! Пришла коляда накануне Рождества. Мы ходили, мы искали коляду святую По всем дворам, по проулочкам. Нашли коляду у Петрова-то двора. Петров-то двор – железный тын, Среди двора три терема стоят. Во первом терему – светел месяц, В другом терему – красно солнце, А в третьем терему – часты звезды. Светел месяц ...