Мировоззрение самого Достоевского было продуктом беспощадно описанной им эпохи кризиса и краха идеалов. Все страдания, потери, все муки ничтожности, бедности, нравственно-оскорбительного пожелания в обществе людей безвестных и бессильных, но наделенных «душой», отразились в его произведениях. Это настоящий плач по каждодневно погубленной человечности, плач и заступничество перед всеми будущими временами. Такой страстной, мучительной, кровоточащей любви к людям, такого понимания и участия в самом тайном, что прячут люди от других, да и от себя тоже, не было больше в мировой литературе. Это исключительная черта гения Достоевского.

Не было бы нужды говорить обо всём этом, если бы речь шла не о действительно гениальном, захватывающем художнике. Картины жизни, открывающиеся нам со страниц произведений Достоевского, незабываемы, есть целый образный мир Достоевского, который мы столь отчётливо и запечатлённо представляем себе, как, например, мир Толстого. Типы и характеры, выведенные Достоевским, по своей значительность стоят в цепи «вечных» образов мировой литературы, таких, как Гамлет, Фауст, герои мифов и легенд. « Общее» и «индивидуальное» в этих образах воссоздано с почти таинственной, поражающей художественной яркостью, на самом высшем уровне художественного реализма. Достоевский – великий психолог; психическая жизнь человека, всё сознательное и подсознательное, болезненные противоречия души, лава смятённых мыслей, холодное рас - суждение, тайное мерцание чувства и невыносимый натиск переживаний – всё доступно напряжённо-испытующему, серьёзному взгляду Достоевского. Романы Достоевского – каждый из них – это мир поразительных по интенсивности художественных и интеллектуальных впечатлений, обнимающих целые области жизни во всех её предельно выявленных контрастах тьмы и света, вспышек возвышенного романтизма и «бездны падений». Наконец, огромное наслаждение – острохарактерный, неистощаемый, разноречивый язык прозы Достоевского, язык глубоко национальный.

Вступление в кружок Петрашевского.
«Мы петрашевцы стояли на эшафоте и выслушивали наш приговор без малейшего раскаяния». Ф. М. Достоевский После ухода со службы Достоевский носится с фантастическими проектами предприятий, по его расчету обещающих скорое обогащение; возлагает большие надежды на свои литературные начинания. В крохотной петербургской комнате мелкий, да ещ ...

Епифаний Премудрый. «Житие Сергия Радонежского»
Написана спустя 20 лет после Ст.Пермского. Большая фактичность и документальность изложения, более непосредственный, лиричный стиль. Больше просторечий. Менее эмоционален и риторичен Епифаний Премудрый в жизнеописании духовного воспитателя русского народа Сергия Радонежского. Житие показывает в лице Сергия Радонежского идеал смирения, ...

“От фельетонов до романов”
Необычайно плодотворными были для французского писателя сороковые годы, когда он создал знаменитую трилогию “Три муш­кетера”, “Двадцать лет спустя”, “Виконт де Бражелон”, роман “Граф Монте-Кристо” и с неистовым пылом трудился над циклом сочинений, посвященных блистательной и кровопролитной эпопее, развернувшейся во Франции на протяжении ...