"Тайна крови"
Страница 4

Расхождение позиций Маши и Жени подчеркивается даже, на первый взгляд, незаметной деталью: Маша вспоминает Маяковского и Цветаеву, а Женя - Пастернака и Ахматову. О последней сказано: “<…> величественная, как Кавказские горы, красивая не по-человечески, а как море или небо, спокойная, как бронзовый памятник”. [с.227] Такой ее увидела Женя, которой неслучайно дана профессия врача. Не абстрактные идеи, захватывающие Машу, а погружение в материальную основу существования формируют ее отношение к миру. Наконец, последний штрих, важный для понимания характеров: Женя любит тот прекрасный дом своей подруги, где провела много часов и дней, и “в лицо знала” населявшие его предметы, а для Маши всегда есть причина в нем не оставаться.

Рассказ "Писательская дочь" заканчивает очередной цикл Улицкой, в котором традиционно противоречий больше, чем однозначных ответов. Нельзя в нем не отметить свойственных ее произведениям близости тематики, проблематики, сюжетных повторений и художественных приемов создания образов. Все это делает прозу писательницы легко узнаваемой, хотя, конечно, не менее интересной читателю и исследователю.

Страницы: 1 2 3 4 


Прием наделения поэтической, словесной формы иконической функиией
Текст у Бродского не просто описывает предметы, но иногда их изображает, подобно искусствам, построенным на иконических знаках, — таким, как живопись или кинематограф. Такая установка присуща многим поэтическим системам (например, барокко) и не является отличительным признаком именно поэтики Бродского81. Но у Бродского она выражена дово ...

”Это трагедия” женщины в пьесе «Вишнёвый сад».
В «Вишнёвом саде», последней пьесе Чехова, молодая пара, своим отношением к жизни противостоящая людям старших поколений. Совсем юная дочь Раневской, Аня и Петя Трофимов, бывший репетитор его покойного младшего брата, не являются героями «Вишнёвого сада» - ведь действие пьесы сосредоточено на истории продажи усадьбы с вишнёвым садом. С ...

А. В. Дружинин
Господин Некрасов много принес жертв временному элементу поэзии, но жертвовал ему не из рутины, не из расчета, не из увлечения чуждым авторитетом, а с полной свободой сознания, вследствие своей организации и склада своего таланта. Он не кидал грязью в алтарь чистой поэзии, но всегда подходил к нему с любовью и благоговением, даже преуве ...