Фёдор – муж Фроси – словно повторяет путь одержимых технической идеей героев рассказа «В прекрасном и яростном мире». Он умчался на Дальний Восток настраивать и пускать в работу некие таинственные электрические машины, ограничив тем самым и себя, и возможность Фроси раскрыть все силы своей натуры в любви, заботе о нём.

Действительный центр всей группы, все картины – «Ассоль из Моршанска» - жена Фёдора Фрося, с её нетерпеливым ожиданием счастья в настоящем, любви к ближнему человеку.

Платонов не побоялся внести в характер и поведение Фроси какие-то мотивы чеховского рассказа «Душечка». Фрося стремится жить подражанием мужу, фанатику технических идей, начинает забивать себе голову «микрофарадами», «релейными упряжками», «контакторами», она искренне и наивно верит, что если между ней и мужем будет «третий», скажем диаграмма резонанса токов, то воцарится полнейшая гармония интересов и чувств в семье.

Любовь – смысл жизни для Фро. При кажущейся «узости» её стремлений, мещанской ограниченности и наивности – этого боится и героиня! – обнаруживается вдруг её редкое душевное богатство. Смешная, печальная, живущая почти инстинктом любви, продолжения рода человеческого, Фро рождает неожиданный вопрос: не есть ли любовь сама жизнь, бьющаяся о все преграды, но находящая всё-таки возможность для бесконечного развития?

У костра памяти народной.
«Путь Абая»— выдающееся явление многонациональной советской литературы, крупный вклад в мировую литературу. Создание романа-эпопеи потребовало от автора огромной подготовительной работы по собиранию материала о жизни Абая, его современниках, о его времени. Эту стадию работы над книгой М. Ауэзов образно сравнил с трудом запоздалого путни ...

Девушка в белой накидке… (Лидия Ивановна Кашина)
Иду я разросшимся садом, Лицо задевает сирень. Так мил моим вспыхнувшим взглядам Погорбившийся плетень. Когда-то у той вон калитки Мне было шестнадцать лет. И девушка в белой накидке Сказала мне ласково: «Нет!» Далёкие милые были! Тот образ во мне не угас. Мы все в эти годы любили, Но, значит, Любили и нас. Известный на вс ...

«Посторонний» - подступ к правде исконной и последней
Записки злополучного убийцы, ждущего казни после суда, волей-неволей воспринимаются как прямо не высказанное, но настоятельное ходатайство о кассации, обращённое к верховному суду – суду человеческой совести. Случай же, представленный к пересмотру, зауряден, но далеко не прост. Очевидно кривосудие слуг закона – однако, и преступление на ...