Октябрьская революция – часть русской истории, часть русской культуры. Здесь слиты воедино и триумф и драма народа. Русская революция воспринималась большевиками как закономерный итог исторического развития страны, народа, общества, как естественное разрешение противоречий современной действительности. Начавшись под лозунгом общечеловеческих и общероссийских ценностей она, как многие революции, начала корчиться в судорогах насилия, террора, диктатуры.

Насилие не могло обойти и интеллигенцию, которая в силу своей духовности активно осуждала произвол и жестокость. Большевистским лидерам не могли импонировать И. А. Бунин, М. Горький, В. Г. Короленко, поднимавшие свой голос в защиту невинно репрессированных. Большинство российской интеллигенции ещё до революции не принимало ленинских идей, а после революции, не увидев осуществления провозглашенных идеалов, уехали за границу.

Видимо, разобраться в так называемой «новой эре», эре отказа от общечеловеческих ценностей в пользу классовой борьбы; разобраться в «рождении нового человека» было под силу только таким личностям, которые оказались способны сопротивляться идеологическому нажиму; именно таким человеком стал Иван Алексеевич Бунин.

Революцию Бунин встретил в том возрасте (сорок семь лет), когда житейский и духовный опыт человека и интерес к реальной жизни находятся в гармоничном сочетании, делающем человека способным максимально глубоко увидеть и оценить сущность происходящих событий. Бунинские дневники, посвященные революции и гражданской войне, пожалуй, самые глубокие документы первой русской смуты двадцатого века.

Январь и февраль 1917 года Бунин жил в Москве. Февральскую революцию и продолжающуюся первую мировую войну писатель воспринимал как страшные предзнаменования всероссийского крушения. Лето и осень 1917 года Бунин провел в деревне, все время, тратя на чтение газет, и наблюдал нарастающую волну революционных событий. 23 октября Иван Алексеевич с женой выехал в Москву. Уехав из Москвы в 1918 г., он на два года поселяется в Одессе, где в это время стояла белая армия.

Предельная чувствительность, честность и порядочность Бунина, его чувство независимости, собственного достоинства, неспособность лгать, притворяться, идти на компромисс со своей совестью и своими убеждениями – все это было жестоко попрано в хаосе гражданской войны.

Октябрьскую революцию Бунин проклял, да еще и с такой ненавистью, как, может быть, никто другой. В пору братоубийственной гражданской войны он занял недвусмысленную позицию противника большевизма. Но нужно отметить, что Бунин никогда не занимался непосредственно политической борьбой, не был членом никакой политической группировки и большевистский строй отвергал не столько с идеологической, сколько с моральной, эстетической, эмоциональной стороны, оставаясь прежде всего независимым от любых идеологий художником. Бунин никогда не относил себя к героическим фигурам русского литературного движения, его гражданские позиции были двойственными: никак не собираясь свергать существующие устои, он страдал от мерзостей, порожденных этими устоями. Наплывы тоски по социальному переустройству человеческого общества Бунин если и испытывал, то в далекой молодости, да и то весьма мимолетно. И я соглашаюсь с Б. Костелянцем, когда в предисловии к книге стихотворений Бунина тот утверждает: «Для Бунина-поэта человек всегда оставался больше «космической», чем конкретно-социальной единицей. Он не верил в возможность изменить что-либо в человеческих отношениях путем активного, революционного разрушения старых социальных форм жизни и замены их новыми».

Тем не менее, Бунин стремился осмыслить события 1917–1919 годов в аспекте мировой истории, русской и европейской, которую новые хозяева не знали, да и не хотели знать, и которую нельзя забывать потомкам. Необходимость перемен он сознавал, накануне революции хотел скорейшего преображения жизни, ее обновления, говорил своему племяннику литератору Н.А. Пушешникову, что в глубине души верил, «что революция для нас спасение и что новый строй поведет к расцвету государства»; признавался, что в распутинское время «жаждал революции» Но события развивались таким образом, что он пришел к выводу: «Философия эта ни к черту не годится».

Поэтика батализма в творчестве Державина
Исследователи справедливо писали о том, что Державин вы­ступил как разрушитель классицизма. Это проявилось прежде всего в размывании жанровой ограниченности стиля. Державин объединил традицию торжественно-хвалебной, исполненной па­фоса оды Ломоносова с камерным лирическим звучанием стихо­творений Сумарокова. Произошло слияние жанров оды ...

Исторические песни
1. ЩЕЛКАН ДЮДЕНТЕВИЧ А и деялося в Орде, передеялось в большой. На стуле золоте, на рытом бархате, на черевчатой камке Сидит тут царь Азвяк, Азвяк Таврулович. Суды рассуживает и ряды разряживает, костылем размахивает По бритым тем усам, по татарским тем головам, по синим плешам. Шурьев царь дарил, Азвяк Таврулович, городами стольн ...

Рафаэль и «шагреневая кожа»
В 1831 году Бальзак завоевывает еще большую известность небольшим романом «Шагреневая кожа». Можно ли назвать его фантастическим? В этом произведении действует волшебный символ — кожа, которая исполняет все желания своего владельца, но при этом сокращает его жизнь соответственно силе желания . История Рафаэля, одинокого и бедного молодо ...