Пистолетный выстрел, убивший Пушкина, пробудил, по словам Герцена, душу другого великого поэта – Михаила Юрьевича Лермонтова. Как приговор прямым и косвенным убийцам Пушкина прозвучало его гневное стихотворение «Смерть поэта», написанное в февральские дни 1837г., выразив одновременно и боль от постигшей утраты, и любовь к поэту, и презрение к «жадной толпе, стоящей у трона». Лермонтов был слишком юным, чтобы участвовать в восстании декабристов, но воспламененным этим великим днём. Он видел лишь казни и изгнания, поэтому в его мировоззрении основными были мысли, полные ярости. Они и определили содержание его поэзии, преобладающее её настроение. Неприятие поэтом окружающей среды, горькое ощущение одиночества, обнаженная исповедь души отличают уже раннюю лирику Лермонтова:

Но пылкий, но суровый нрав

Меня грызёт от колыбели…

И в жизни зло лишь испытав,

Умру я, сердцем не познав

Печальных дум, печальной цели.

Без преувеличения тему одиночества в лирике Лермонтова можно назвать ключевой:

На жизнь надеяться страшась,

Живу, как камень меж камней,

Излить страдания скупясь:

Как страшно жизни сей оковы

Нам в одиночестве влачить.

Делить веселье все готовы –

Никто не хочет грусть делить…

Не покидающее поэта ощущение отверженности рождает в его душе чувство своей исключительности, мысль о своём особом предназначении – черта, характерная для романтизма, но доведённая у Лермонтова до предела. Я хочу, чтоб целый мир был зритель

В поэзии Лермонтова достигает предельного напряжения основное противоречие романтизма – противоречие между идеалом и действительностью. Его творчество поражает беспощадностью отрицания и полётом мечты, и оба эти начала тесно взаимосвязаны. Глубина и сила разочарования выступают как прямое следствие повышенной требовательности к людям, миру, к самому себе. Поэт даже склонен упрекать в бездействии своих соотечественников:

Сыны снегов, сыны славян,

Зачем вы мужеством упали?

Зачем? Погибнет ваш тиран,

Как все тираны погибали! *

«Новгород», 1830

Это было не просто данью элегической традиции русского и европейского романтизма. Чувства поэта носили не литературный, а ярко выраженный социальный характер. Он понимал, что его отрицание существующих порядков и самодержавно-крепостнического уклада жизни носит исторический характер, что страна, народ, общество стоят на пороге социальных потрясений:

Настанет год, России чёрный год,

Когда царей корона упадёт;

Забудет чернь к ним прежнюю любовь,

И пища многих будет смерть и кровь…**

Ценность самой жизни поэт определяет мерой человеческих деяний, борьбой, которая может оправдать существование человека и сделать его достойным высокого призвания: …жизнь скучна, когда боренья нет…

Мне нужно действовать, я каждый день

Бессмертным сделать бы желал, как тень,

Великого героя и понять

Я не могу, что значит отдыхать.

Лермонтов чувствует в себе силы для каких-то больших дел и свершений:

Боюсь не смерти я. О нет!

Боюсь исчезнуть совершенно.

Хочу, чтоб труд мой вдохновенный

Когда-нибудь увидел свет…**

Школа зла
Растление — одно из самых грозных слов в шаламовском приговоре лагерю. На собственном опыте писатель имел возможность убедиться, что нравственные и тем более физические силы человека не безграничны. Во многих его рассказах появляется образ доходяги — заключенного, который достиг предельной степени истощения. Доходяга живет лишь элемента ...

1876 – 1881 «Дневник писателя».
Достоевский, страстно желавший напрямую говорить с читателем, намеревался выпускать сначала единоличный журнал «Записная книга», а затем — «нечто вроде газеты». Эти замыслы частично осуществились в 1873 году, когда в редактируемом им в это время журнале князя В. П. Мещерского «Гражданин» стали печататься первые главы «Дневника писателя ...

Художественные особенности и поэтика «Комедии»
Сюжетная схема "Комедии" — загробное странствование, излюбленный мотив средневековой литературы, десятки раз использованный до Данте. Этот плод эсхатологических увлечений средневековья, экзальтированного любопытства людей наивной веры имеет с "Комедией" мало общего. "Загробные" странствия, "видения&quo ...