Как осколок, оставшийся в ране, через много лет, причиняя мучения, выходит из тела ветерана, так из сознания Кондратьева с душевной болью стала выходить военная проза.

В пятьдесят лет он принялся лихорадочно писать свои обжигающие повести и рассказы «Сашка», «Отпуск по ранению», «Селижаровский тракт», «Овсянниковский овраг», «На поле овсянниковском», «Искупить кровью» . Позже в повести «Встречи на Сретенке» и романе «Красные ворота» Кондратьев рассказал о послевоенных судьбах своих однополчан и сверстников.

Все ржевские тетради (как однажды назвал свою прозу Кондратьев) связаны между собой многочисленными межтекстовыми сцеплениями. И хронология, и персонажи, и события, и мироощущение их тесно соприкасаются, пересекаются, образуют единый эпический цикл. Каждое произведение самодостаточно, вместе с тем все они дополняют и углубляют друг друга. Иногда говорят даже о ржевском романе Кондратьева как об одном всеобъемлющем целом.

Глава «На сто пятом километре» повествует об армейской службе на Дальнем Востоке, «Селижаровский тракт» — о начале фронтовой жизни, «Овсянниковский оврага, «На поле овсянниковском», «Сашка» — передовая в районе Ржева, мёрзлая земля, болота, ельники, полуголодное существование между жизнью и смертью на пределе человеческих сил, обстрелы, атаки, поиск разведчиков, убитые, раненые, пленные.

Некоторые фамилии переходят из главы в главу, повести прорастают одна в другую. В конце «Селижаровского тракта» Серёга Рябиков ещё жив, в начале «Овсянниковского оврага» он только что погиб. Савкин в предыдущей главе погиб, в следующей его поминают. В конце «Сашки» раненый отпускник приезжает в родную Москву, в «Отпуске по ранению» он в столице. А «День победы в Чернове» всё замыкает: через двадцать лет уцелевший солдат возвращается в свою военную молодость.

Повесть «Привет с фронта»

Как это было! Как совпало —

Война, беда, мечта и юность!

Д. Самойлов

С повести «Привет с фронта» началось для меня знакомство с творчеством В.Л. Кондратьева. Позднее я прочитала «Селижаровский тракт» и «Сашку», «Встречи на Сретенке» и «Красные ворота».

«Привет с фронта» среди других повестей В.Кондратьева выделяется тонким лиризмом и особой пронзительностью. Это, пожалуй, единственное произведение писателя, где повествование ведется от первого лица и где рассказчик, вернее, рассказчица — женщина, спустя много лет вспоминающая свою юность, военный госпиталь, где она работала медсестрой, и письма своего бывшего «раненного больного», которые неизменно начинались словами «Привет с фронта!». Эта повесть, написанная так просто, доступно, искренне, читается с большим интересом.

В повести происходит как бы совмещение двух человек: героини — девятнадцатилетней Нины и рассказчицы (той же Нины, уже прожившей жизнь). Эта женщина смотрит на Нину — на себя саму — со строгостью прожитых лет, порой иронизируя над собой, порой осуждая, хотя читатель чувствует, что это самые дорогие для нее годы: это юность, совпавшая с войной. Не зря название повести — «Привет с фронта» — перекликается с ее заключительными словами: «Привет из юности, Юра».

Автору разделил главную героиню и рассказчицу, я думаю, потому, чтобы полнее воплотить его авторский замысел: приблизить своих героев и ту страшную войну к нам, сегодняшним. Ведь мы думаем, что эта война была очень-очень давно, а людям, ее пережившим, кажется, что она была совсем недавно. И для них Великая Отечественная не только история, но и собственная их жизнь. Рассказчица — Нина сегодняшняя — наверняка ровесница нашим бабушкам. Писатель хочет, чтобы мы не забывали войну; а по-настоящему помнить о ней — это не только раз в год поздравлять ветеранов, но и после 9 мая не забывать о тех, кто прошел через страдания и ужасы войны, о тех, которых с нами рядом остается все меньше. Для писателя связь времен, связь поколений — это не просто слова.

Портрет
«…Так кто ж ты, наконец?» (И.Гёте «Фауст») «…Ни на какую ногу описываемый не хромал, и росту был не маленького и не громадного, а просто высокого. Что касается зубов, то с левой стороны у него были платиновые коронки, а с правой – золотые. Он был в дорогом сером костюме, в заграничных, в цвет костюма, туфлях. Серый берет, он лихо зало ...

Из плача о писаре
Вопит кума: Отлишилися заступы-заборонушки! Как не стало нонь стены да городовой, Приукрылся писаречек хотромудрой Он во матушку сыру землю! Вкупе все домы, крестьяна, сухотуем: Буди проклято велико это горюшко, Буде проклята злодийная незгодушка! Как по нынешним годам да по бедовым Лучше на свет человеку не родитися; Много ст ...

Мотив изоморфности мира и текста (языка)
Сходство структуры бытия, космоса, и текста (языка) — инвариантный мотив Бродского, родственный представлениям барокко о мире как о совершенном творении — произведении Бога — непревзойденного художника. Этот мотив объясняет поэтику неразличения знаков и вещей у Бродского, но эксплицирован лишь в нескольких поэтических текстах: «Воздух — ...