Достоевский, страстно желавший напрямую говорить с читателем, намеревался выпускать сначала единоличный журнал «Записная книга», а затем — «нечто вроде газеты». Эти замыслы частично осуществились в 1873 году, когда в редактируемом им в это время журнале князя В. П. Мещерского «Гражданин» стали печататься первые главы «Дневника писателя». Но заданные рамки еженедельника и зави­симость от издателя в какой-то степени ограничивали как тематическую направленность статей Достоевского, так и их идейное содержание. И вполне естественно, что он стремился к большей свободе в освещении «бездны тем», волновавших его, к раскованной беседе с читателями прямо от своего лица, не прибегая к услугам редакционных и издательских посредников.

В конце 1875 Достоевский вновь возвращается к публицистической работе - "моножурналу" "Дневник писателя" (1876 и 1877), имевшему большой успех и позволивший писателю вступить в прямой диалог с читателями-корреспондентами. С 1876 по 1881 год (с двухлетним перерывом, занятым работой над «Братьями Карамазовыми») Достоевский выпускал «Дневник писателя» как самостоятельное издание, выходившее, как правило, раз в месяц отдельными номерами, объемом от полутора до двух листов (по шестна­дцать страниц в листе) каждый. В предуведомляющем объявлении, появив­шемся в петербургских газетах, он разъяснял: «Это будет дневник в бук­вальном смысле слова, отчет о действительно выжитых в каждый месяц впечатлениях, отчет о виденном, слышанном и прочитанном».

Автор так определял характер издания: "Дневник писателя" будет похож на фельетон, но с тою разницею, что фельетон за месяц естественно не может быть похож на фельетон за неделю. Я не летописец: это, напротив, совершенный дневник в полном смысле слова, то есть отчет о том, что наиболее меня заинтересовало лично". Ежемесячный журнал «Дневник писателя» обходился без сотрудников, без программы и отделов. В материальном отношении успех был большой: количество расходившихся экземпляров колебалось от 4 до 6 тысяч. "Дневник писателя" находил горячий отклик как среди приверженцев, так и среди порицателей его, по своей искренности и редкой отзывчивости на волнующие события дня.

"Дневник" 1876-1877 - сплав публицистических статей, очерков, фельетонов, "антикритик", мемуаров и художественных произведений. В "Дневнике" преломились непосредственные, по горячим следам, впечатления и мнения Достоевского о важнейших явлениях европейской и русской общественно-политической и культурной жизни, волновавшие Достоевского юридические, социальные, этико-педагогические, эстетические и политические проблемы.

Вни­мание писателя привлекают железнодорожные катастрофы, судебные про­цессы, увлечение интеллигенции спиритизмом, распространение самоубийств среди молодежи. Его беспокоит распад семейных связей, разрыв между различными сословиями, торжество «золотого мешка», эпидемия пьянства, искажение русского языка и многие другие больные вопросы. Перед чита­телем открывается широчайшая историческая панорама пореформенной Рос­сии: именитые сановники и неукорененные мещане, разорившиеся помещики и преуспевающие юристы, консерваторы и либералы, бывшие петрашевцы и народившиеся анархисты, смиренные крестьяне и самодовольные буржуа. Читатель знакомится и с необычными суждениями автора о личности и творчестве Пушкина, Некрасова, Толстого . Вот названия его статей: «Кое-что о молодежи», «Словцо об отчете ученой комиссии о спиритических явлениях», «Восточный вопрос», «Опять о женщинах», «Идеалисты-циники», «Постыдно ли быть идеалистом», «Освобождение подсудимой Корниловой», «Смерть Некрасова. О том, что было сказано на его могиле», «Пушкин».

Однако «Дневник писателя» — не многокрасочная фотография и не калей­доскоп постоянно сменяющих друг друга пестрых фактов и непересекаю­щихся тем. В нем есть свои закономерности, имеющие первостепенное зна­чение. Взять к примеру «детскую тему», дающую к тому же наглядное представление о стиле и методах публицистической работы автора. При­сутствуя на рождественской елке в клубе художников, Достоевский вни­мательно всматривается в лица и манеры, изучает психологию мальчиков и девочек разного возраста. Но его наиконкретнейшие наблюдения тотчас же вырастают до проницательных размышлений об облегченной педагогике, «обжорливой младости», «праве на бесчестье». Одновременно он не может не сравнивать поведение так называемых благополучных подростков с судь­бами их обездоленных сверстников, живущих среди пьянства и разврата, гибнущих от голода и лишений. Писатель посещает воспитательный дом, колонию малолетних преступников, просиживает целыми днями на судебных заседаниях, где защищают интересы детей. Его страстные, психологически и нравственно обоснованные выступления в защиту их интересов не только по­могают иной раз вынести более справедливый приговор, как в случае с молодой беременной женщиной, в состоянии аффекта столкнувшей с чет­вертого этажа шестилетнюю падчерицу, но и подвигают к раздумьям о взаимоотношениях «отцов» и «детей», об ответственности общества за воспитание подрастающего поколения, от которого зависит будущее Рос­сии.

Традиции Есенина в поэзии ХХ века.
Темы, мысли и идеи, поднятые в лирике Есенина, нашли своё отражение и в поэзии ХХ века. Николай Тряпкин – самый крупный в наше время продолжатель традиции молодого Есенина. Народно – песенная традиция Есенина живёт во многих стихотворениях Н. Тряпкина: “Летела гагара”, “Хоровод”, “Завивайся, берёзка…” и так далее. Ещё один исток творчес ...

Время, эпоха, лирический герой глазами молодого поколения
Я живу в другом веке. Веке, в котором в наибольшей степени важно материальное начало, нежели духовное. Мне порой приходится не очень легко в таком обществе, т.к для меня важней всего моральные ценности: уважение, терпение, любовь, сострадание…. Поэтому одиночество для меня иногда тоже приемлемое состояние души, как и для Лермонтова. Вс ...

Юмористические рассказы («Фантазеры», «Огурцы», «Мишкина каша», «Живая шляпа» и др.). Своеобразие психологических характеристик героев, юмор
Рассказ «Живая шляпа» останется актуальным всегда. Этот веселый рассказ был любимым у многих в детстве. Почему же он так хорошо запоминается детьми? Да потому, что «детские страхи» преследуют ребенка на протяжении всего его детства: «А вдруг это пальто - живое и сейчас меня схватит?», «А вдруг шкаф сейчас откроется и кто-то страшный вый ...