И бескорыстной, и простой;

Но ты явился, гость незваный,

И вновь мне возвратил покой!

С тобою чувствами сливаюсь,

В речах весёлых счастье пью;

Но дев коварных не терплю, -

И больше им не доверяюсь!

Отмечалось сходство этого во многом наивного, детского стихотворения с посвящением к поэме Рылеева «Войнаровский», обращённым к А.А. Бестужеву. Стремление к большой идейной дружбе восходит к культу дружбы в поэзии декабристов. Стихотворение Лермонтова, конечно, не поднимается до высокого гражданского пафоса послания молодого Пушкина «К Чаадаеву», но оно продолжает традицию дружеских посланий декабристской поэзии, и этим обусловлено его внешнее сходство со стихами поэта-декабриста Рылеева.

Память о декабристах была жива в Университетском пансионе. Несколько декабристов учились в этом учебном заведении.

Н.П. Огарёв в стихотворении «Памяти Рылеева» впоследствии вспоминал, какое влияние оказали декабристы на новое поколение:

Везде шепталися. Тетради

Ходили в списках по рукам;

Мы, дети, с робостью во взгляде,

Звучащий стих свободы ради,

Таясь, твердили по ночам.

Бунт, вспыхнув, замер. Казнь проснулась.

Вот пять повешенных людей…

В нас молча сердце содрогнулось,

Но мысль живая встрепенулась

И путь означен жизни всей.

Рылеев мне был первым светом…

Отец! По духу мне родной –

Твоё названье в мире этом

Мне стало доблестным заветом

И путеводною звездой.

Лермонтову и его ближайшим друзьям по Университетскому пансиону были дороги «доблестные заветы» декабристов; «путеводная звезда» поэзии Рылеева, так же как Герцену и Огарёву, светила им во всёсгущающемся мраке николаевской реакции. Именно в эти годы в кругах, близких к Московскому университету, среди разночинной молодёжи возникают тайные кружки.

В условиях глухого, затаённого брожения четырнадцати-пятнадцатилетний Лермонтов был готов отдать свою жизнь борьбе с тиранией, борьбе за счастье народа. В одном из ранних стихотворений «Жалобы турка» (1829) он следует распространенному в декабристской поэзии приёму иносказания. В форме письма к другу-иностранцу поэт говорит, конечно, не о Турции, а о крепостнической России:

Там рано жизнь тяжка бывает для людей,

Там за утехами несётся укоризна,

Там стонет человек от рабства и цепей!

Друг! этот край… моя отчизна!

Отроческие юношеские стихотворения Лермонтова свидетельствуют о поразительной силе духа, и стремлении к борьбе за грядущее освобождение. В эти же годы в его лирике возникает образ поэта-гражданина, поэта-пророка:

Изгнаньем из страны родной

Хвались повсюду как свободой;

Высокой мыслью и душой

Ты рано одарён природой;

Ты видел зло и перед злом

Ты гордым не поник челом.

Ты пел о вольности, когда

Тиран гремел, грозили казни;

Боясь лишь вечного суда

И чуждый на земле боязни,

Ты пел, и в этом есть краю

Один, кто понял песнь твою.

Вольнолюбивая семья Московского университетского пансиона способствовала быстрому формированию общественно-политических взглядов и поэтического дарования Лермонтова.

Николай I и его жандармы подозрительно относились к пансиону. В марте 1830 года Николай I неожиданно приехал в пансион.

«Повесть о Петре и деве Февронии» (муромский князь и дочь бортника). Связь с устным народным творчеством
В сюжете «Повести», несомненно, отразились фольклорные черты: мотивы сказки о герое-змееборце и сказки о мудрой деве. Мудрость Февронии проявляется не только в том, что она исцеляет Петра и вынуждает князя жениться на ней. Как и у мудрой девы народной сказки, загадочны и непонятны окружающим ее речи. На требование Петра соткать ему из п ...

Фёдор Михайлович Достоевский – великий русский писатель.
Скажем только, что это талант необыкновенный и самобытный, который, сразу, ещё первым произведением своим, резко выделился от всей толпы наших писателей, более или менее обязанных Гоголю направлением и характером, а потому и успехом своего таланта. В.Г. Белинский Постоянной темой Достоевского является истерическая, с мрачной развязкой ...

Жизнь честного человека в нашем мире, на примере Юрия Живаго
С самого раннего детства Юру сопутствовали горе и неудача. Умирает мать, отец не пожелал даже увидеть своего оставшегося сиротой сына. Автор начинает роман с похорон Марьи Николаевны (матери Живаго), как бы предрекая своего героя на будущие страдания. Вот как Борис Пастернак описал первую боль Юры: «На ней – могиле - вырос холмик. На не ...