|
В отличие от рассказов Т.Толстой, действующих в своей игрушечной вселенной, от рассказов Л. Петрушевской с их свернутостью (почти до притчи) сюжета, иронически раскрывающего парадоксы быта-бытия, малая проза Улицкой в большей мере погружена в быт. При этом она стремится отойти от стереотипов массовой литературы. Она считает, что понятия «настоящая женщина» и «настоящий мужчина» - это миф: «Образ мачо мне представляется таким же ничтожным, как и образ секс-бомбы. Это в большой степени продукт массовой культуры. Люди достойные и порядочные ведут себя сходным образом во всех ситуациях вне зависимости от пола», - утверждает она (Улицкая, 2005). Художественная концепция Л. Улицкой одновременно и сужается до рамок отдельной семьи, частной судьбы, и расширяется в глобальной перспективе, но не выходя, однако, за рамки размышлений о значимости частной жизни. Как пишет Е.Трофимова: «В этой прагматической концепции такие факторы, как нация, пол, политические пристрастия, место жительства, традиции и привычки отодвигаются на второй план и представляются малозначительными. Главное – достижение счастья людьми, связанными родственными отношениями, через получение достойной (читай, обеспеченной) жизни, продолжение рода. Роль женщины видится Улицкой, с одной стороны, как бы традиционно, даже с некоторыми элементами матриархата («мать семейства»). С другой— писательница не отрицает, скорее, довольно прагматично поддерживает, возможность «либеральных» ипостасей. То есть можно исповедовать и иные принципы, лишь бы они содействовали жизненному успеху. Здесь философия примерно такова: человеческое счастье начинается с малого, с семьи. Будет успешна, удачлива семья и её члены — мужчины, старики, но в первую очередь — женщины и дети,— то этот успех неизбежно отзовется успехами нации» (Трофимова, 2004). Человечество у Улицкой предстает как совокупность больших кланов, каждый из которых есть копия всего мира, и причастность к которым обеспечивает гармонию бытия человека во времени и пространстве. Как утверждает она сама: «Это удивительное чувство — принадлежать к такой большой семье, что всех её членов даже не знаешь в лицо, и они теряются в перспективе бывшего, не бывшего и будущего» (Улицкая, 2005). Именно на этом пути писатель видит счастье человечества. Поэтому семья, созидание клана так важны для Улицкой. Не случайно она придает большое значение сюжетам о продолжении рода, когда женщина, проходя через физические страдания при родах, проявляет свою уникальную, неповторимую сущность» (Трофимова, 2004). И другой критик отмечал, что у Улицкой персонажи управляемы жизненной силой. «Сюжетные «силки» расставляются с таким расчетом, чтобы предостеречь именно те моменты, когда у человека возникает прямой контакт с невидимой подоплекой существования, прикосновение к источнику витальности. По логике Людмилы Улицкой, знанием о «волшебном источнике» обладает род, семья. Поэтому и персонажи у нее, как правило, из больших семей – еврейских, армянских, восточных…» (Казарина, 1996). Действительно, героини Улицкой – продолжим ход рассуждений критика – сильны, и сверхъестественно сильны оттого, что «подключены» к общей корневой системе, тому слою существования, который наподобие большой грибницы, выпускает на поверхность побеги человеческих жизней, распоряжается рождением, взрослением, старением и умиранием, ведает судьбами и сроками. Это некое единое тело рода, его одушевленная программа, код родового поведения» (Казарина, 1996). Судьба и личность С. Есенина Требования писателя к своему творчеству Сведенборг |
Феминный тип творчества (Л. Улицкая)
Страница 1
Информация о литературе » Типология и поэтика женской прозы - гендерный аспект » Феминный тип творчества (Л. Улицкая)
