Датировка анонимных изданий

Поскольку книги Анонимной типографии не имеют указаний на время, место и имя печатника, то только благодаря тщательному изучению бумаги, шрифтов и гравированных украшений, а главным образом датированных записей на сохранившихся экземплярах стало возможно точно определить время выхода их в свет.

Установлено, что четыре книги из семи, напечатанных в первой Московской типографии, вышли ранее первой датированной московской книги «Апостола» Ивана Федорова. Изучение бумаги, на которой эти издания отпечатаны, а также имеющихся в них отпечатков с деревянных досок позволило определить последовательность изданий, а надписи в них помогли уточнить и годы выхода их из типографии.

В начале 20-х годов минувшего столетия саратовский ученый А. А. Гераклитов исследовал бумагу, на которой были напечатаны «анонимные издания» и пришел к выводу, что первые из них были изданы лет на 10 раньше «Апостола» Ивана Фёдорова, считавшегося первой русской печатной книгой.

Научный работник Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина А. С. Зернова тщательно изучила шрифты, а также заставки, концовки другие украшения первопечатных книг и пришла к аналогичным выводам. Результаты своих исследований Зернова изложила в обстоятельном труде «Начало книгопечатания в Москве и на Украине».

Выводы А. Зерновой и А. Гераклитова подкрепила находка научной сотрудницы Государственного Исторического музея М. В. Щепкиной. На одном из «анонимных изданий» она обнаружила надпись, датированную 1559 годом. Следовательно, книга эта в 1559 году, то есть за 5 лет до общепризнанной в науке даты начала московского книгопечатания, уже находилась в обращении.[5].

Долгое время спорным считался вопрос о том, какое из анонимных изданий считать первым. А.С. Зернова считала первым из всех безвыходных книг среднешрифтное Четвероевангелие и датировала его 1555-1556 годами.[6] Главным основанием для этого являлся проведённый Зерновой анализ шрифта этого издания, в котором более всего совпадений с рукописным. Т.Н. Протасьева первой московской печатной книгой считала Триодь на основании анализа бумаги, на которой она напечатана.[7]

По мнению А.А. Сидорова, брать за основу определения точной последовательности 5-6 книг только один признак, шрифт или бумагу, недостаточно. Необходимо брать всю совокупность черт данного издания и прежде всего его технологию. [8] Установлено, что по меньшей мере 4 из безвыходных книг напечатаны технологией, нигде кроме как в них не встречавшейся: однопрогонной печатью с одной двухцветной формы.

Е. Немировский в книге «Иван Фёдоров (около 1510-1583)» приводит такую последовательность выхода анонимных изданий:

Узкошрифтное Четвероевангелие - 1553—1554 гг.

Триодь постная - 1555—1556 гг.

Триодь цветная - 1556—1557 гг.

Среднешрифтное Четвероевангелие - 1558—1559 гг.

Среднешрифтная Псалтырь - 1559—1560 гг.

Широкошрифтное Четвероевангелие - 1563—1564 гг.

Широкошрифтная Псалтырь- 1564—1565 гг.[9]

Говоря о мотивировках, подтверждающих его предположение, Немировский называет рост количества заставок и досок, с которых они отпечатаны, от узкошрифтного к широкошрифтному изданию, переход досок из предыдущего в соседствующее с ним издание и, что самое главное, последовательное освоение полиграфической техники. Техника узкошрифтного Четвероевангелия и Триоди постной менее совершенна. Только здесь обнаруживается отмарывание пробельного материала. В узкошрифтном Четвероевангелии, единственном среди первопечатных московских книг, не наблюдается «перекрещивания строк». Здесь употреблена заимствованная из славянских западных книг технология набора, которая в Москве не привилась.

Таким образом, самой ранней московской печатной книгой считается узкошрифтное Четвероевангелие, датированное 1553/54 годом. В литературе можно встретить утверждения об «экспериментальном» характере этого издания, хотя для этого нет достаточно оснований. Книга не редка. Е.Л. Немировский в своей книге «Иван Фёдоров (около 1510-1583)» говорит о 28 сохранившихся или описанных в литературе экземплярах этого издания.[10]

Потребность в двух основных богослужебных книгах — «Евангелии» и «Псалтири» — была очень велика: в течение десяти лет они перепечатывались несколько раз.


Этот день мы приближали как могли (по произведениям о Великой Отечественной войне)
Как прохватывает ветер, Как луна теплом бедна. Ах, как трудно всё на свете: Служба, жизнь, зима, война. А. Т. Твардовский. План. I Поэма Твардовского «Василий Тёркин». II Василь Быков. III Моё мнение о произведениях этих писателей. «Василий Тёркин» - произведение, где мало противопоставлений, но зато много движения, развития – п ...

Образ бабушки Е.А. Арсеньевой в творчестве поэта
Начиная наш разговор о Елизавете Алексеевне, стоит отметить, что то, как ее видели современники, не противоречит образу, предстающему перед нами из лермонтовских произведений. Роль и значение бабушки в жизни поэта очевидны. При ней прошло все детство Лермонтова. «На ее коленях протекли первые годы моего младенчества…», - говорит Владим ...

Современные реалии в баснях И.А. Крылова
На фоне высокоторжественной патетической лирики двенадцатого года весьма резко выделяются басни И.А. Крылова. В год Отечественной войны 1812 года Крылов становится политическим писателем, именно того направления, которого держалось большинство русского общества. Также ясно политическая идея видна и в баснях двух последующих годов, напр ...