Различные названия русалок

Кроме слова «русалка», существуют также и другие названия русалок: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лешачиха, лобаста.

Слово купалка употребительно в белорусских купальских песнях. Купалка - девица, которую из своей среды избирают девицы же, участницы купальных забав, первенствующею или царицею плясок, бываемых в ночь перед днем Рождества Иоанна Крестителя.

Водяниха имеет большие отвислые груди и длинные волосы; из воды выходит нагою в полночь и садится на камень; тут она расчесывает свои волосы большим гребнем. Русалка - жена водяного, это поверье нужно признать общераспространенным в русском народе. Чертовка, по народному поверью, есть водяная женщина; она может быть красивой или некрасивой, доброй или злой, часто же безразличной. Живет она в воде и только изредка выходит на берег чесать золотым или медным гребнем свои прекрасные, черные, как смоль, и длинные волосы. В это время можно подкрасться к ней и выхватить гребень, который имеет магическую силу.

Слово «хитка», по-видимому, в ближайшем родстве с глаголом «хитить», похищать; название основано, вероятно, на том, что хитка топит людей в воде.

Лешачиха - жена лешего, имеющая вид обыкновенной женщины с распущенными волосами, в которые вплетены зеленые ветви. Лешихи - это души загубленных девушек, которые прокляты были родителями или подняли на них руку. По ночам они качаются на ветвях деревьев, а на день вместе с лешими уходят под землю, где живут во дворце.

Особняком стоят среди народных названий русалки: навка или мавка, ундины и вилы. Это не синонимы слова «русалка», а названия для особых разрядов русалок.

Мавки, навки, в восточнославянской мифологии злые духи (часто смертоносные). По украинским поверьям, в мавок превращаются умершие до крещения дети: имя мавки (навки) образовано от «навь» (воплощение смерти). Мавки спереди имеют человеческое тело, а спины у них нет, поэтому видны все внутренности.

Ундины («волна») в мифологии народов Европы духи воды, русалки. Прекрасные девушки (иногда с рыбьими хвостами), выходящие из воды и расчесывающие волосы. Своим пением и красотой завлекают путников вглубь, могут погубить их или сделать возлюбленными в подводном царстве. Ундины могут обрести человеческую душу, полюбив и родив ребенка на земле.

В средневековой алхимии ундины - духи, управляющие водной стихией, подобно тому, как саламандры - духи огня и т.п.

Вилы, самовилы - в южнославянской мифологии женские духи, очаровательные девушки с распущенными волосами и крыльями, одеты в волшебные платья: кто отнимал у них платье, тому они подчинялись. Вилы могли летать как птицы, обитали в горах. Они владели колодцами и озерами и обладали способностью "запирать" воды. Культ вилы и их связь с колодцами известны по болгарским источникам тринадцатого века. Если отнять у них крылья, они теряют способность летать и становятся простыми женщинами. Ноги у них козьи, лошадиные или ослиные. Вилы закрывают их длинной белой одеждой. К людям, особенно к мужчинам, вилы относятся дружелюбно, помогают обиженным и сиротам. Если разгневать вилу, она может жестоко наказать, даже убить одним своим взглядом. Вилы умеют лечить, могут предсказывать смерть, но и сами они не бессмертны.


Н. А. Некрасов — народный поэт
Н. А. Некрасов является великим русским поэтом, имя которого золотыми буквами вписано в русскую и мировую литературу. Наследник Пушкина и Лермонтова, он сблизил поэзию с жизнью народа. Он писал в 40-е годы, в ту тяжелую пору, когда крепостное право стало невыносимым для русского народа. Некрасов был поэтом-реалистом, он был первым, кт ...

Предшественники и последователи.
«Традиция - это всегда диалог, не исключающий полемику, продолжение начатого предшественником разговора о жизни, возвращение к поставленным им проблемам и попытка их решения уже на новом уровне, с иных общественно-исторических и эстетических позиций. Этот диалог включает в себя отношение к миру и человеку, а не только образно-стилевую м ...

Художественный метод кафки в новелле "превращение". Стиль написания произведений Франца Кафки
Франц Кафка - писатель замечательный, только очень странный. Может быть, самый странный из тех, что творили в 20-м столетии. И странен он не в последнюю очередь тем, что его прижизненная и посмертная судьба не обыденностью своей ничуть не уступает его же сочинениям. Кто-то видит в нем иудейского вероучителя, а кто-то – экзистенциалистск ...