Кроме слова «русалка», существуют также и другие названия русалок: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лешачиха, лобаста.

Слово купалка употребительно в белорусских купальских песнях. Купалка - девица, которую из своей среды избирают девицы же, участницы купальных забав, первенствующею или царицею плясок, бываемых в ночь перед днем Рождества Иоанна Крестителя.

Водяниха имеет большие отвислые груди и длинные волосы; из воды выходит нагою в полночь и садится на камень; тут она расчесывает свои волосы большим гребнем. Русалка - жена водяного, это поверье нужно признать общераспространенным в русском народе. Чертовка, по народному поверью, есть водяная женщина; она может быть красивой или некрасивой, доброй или злой, часто же безразличной. Живет она в воде и только изредка выходит на берег чесать золотым или медным гребнем свои прекрасные, черные, как смоль, и длинные волосы. В это время можно подкрасться к ней и выхватить гребень, который имеет магическую силу.

Слово «хитка», по-видимому, в ближайшем родстве с глаголом «хитить», похищать; название основано, вероятно, на том, что хитка топит людей в воде.

Лешачиха - жена лешего, имеющая вид обыкновенной женщины с распущенными волосами, в которые вплетены зеленые ветви. Лешихи - это души загубленных девушек, которые прокляты были родителями или подняли на них руку. По ночам они качаются на ветвях деревьев, а на день вместе с лешими уходят под землю, где живут во дворце.

Особняком стоят среди народных названий русалки: навка или мавка, ундины и вилы. Это не синонимы слова «русалка», а названия для особых разрядов русалок.

Мавки, навки, в восточнославянской мифологии злые духи (часто смертоносные). По украинским поверьям, в мавок превращаются умершие до крещения дети: имя мавки (навки) образовано от «навь» (воплощение смерти). Мавки спереди имеют человеческое тело, а спины у них нет, поэтому видны все внутренности.

Ундины («волна») в мифологии народов Европы духи воды, русалки. Прекрасные девушки (иногда с рыбьими хвостами), выходящие из воды и расчесывающие волосы. Своим пением и красотой завлекают путников вглубь, могут погубить их или сделать возлюбленными в подводном царстве. Ундины могут обрести человеческую душу, полюбив и родив ребенка на земле.

В средневековой алхимии ундины - духи, управляющие водной стихией, подобно тому, как саламандры - духи огня и т.п.

Вилы, самовилы - в южнославянской мифологии женские духи, очаровательные девушки с распущенными волосами и крыльями, одеты в волшебные платья: кто отнимал у них платье, тому они подчинялись. Вилы могли летать как птицы, обитали в горах. Они владели колодцами и озерами и обладали способностью "запирать" воды. Культ вилы и их связь с колодцами известны по болгарским источникам тринадцатого века. Если отнять у них крылья, они теряют способность летать и становятся простыми женщинами. Ноги у них козьи, лошадиные или ослиные. Вилы закрывают их длинной белой одеждой. К людям, особенно к мужчинам, вилы относятся дружелюбно, помогают обиженным и сиротам. Если разгневать вилу, она может жестоко наказать, даже убить одним своим взглядом. Вилы умеют лечить, могут предсказывать смерть, но и сами они не бессмертны.

Личное впечатление об американском писателе
Думаю, в поэзии у меня довольно заурядные пристрастия: я очень люблю лиричную, музыкальную поэзию другими словами, я люблю рифму, красоту слова и глубину. Я еще малознакома с именно американскими поэтами, поэтому, целью моего реферата было познакомиться, открыть для себя кого-то нового, незнакомого. Имя К. Сэндберга я открыла для себя ...

А.Т.Твардовскийю Проза неокрестьянских художников
Основная характеристика этой литературы связана с двумя «корневыми» системами: 1.Преемственные связи с произведениями писателей-бытовиков:Мельниковым-Печерским, Маминым-Сибиряком. 2.Связь с произведениями, мистифицирующими бытовую сферу: А.С.Серафимович (Пески), А.М.Ремизов, А.Белый, И.А.Бунин… ...

Художественный метод кафки в новелле "превращение". Стиль написания произведений Франца Кафки
Франц Кафка - писатель замечательный, только очень странный. Может быть, самый странный из тех, что творили в 20-м столетии. И странен он не в последнюю очередь тем, что его прижизненная и посмертная судьба не обыденностью своей ничуть не уступает его же сочинениям. Кто-то видит в нем иудейского вероучителя, а кто-то – экзистенциалистск ...