Победившая в Англии буржуазия не оправдала тех надежд, какие на нее возлагались. Правда, были уничтожены сословные привилегии, освобождена от средневековой регламентации хозяйственная жизнь страны, предоставлен сравнительно широким слоям населения ряд политических прав, но осталось и возрастало имущественное неравенство, остался социальный и национальный гнет (Шотландия, Ирландия).

Первым писателем, показавшим разочарование в буржуазных отношениях, был Джонатан Свифт, а вслед за ним Голдсмит, Юнг, Стерн и все остальные сентименталисты.

Сентиментализм еще не порывает с Просвещением. Его роднят с ним демократические идеи, симпатии к беднейшим слоям населения. Он радикальнее Просвещения в плане политическом или стоит в крайне левых его рядах, но он уже порывает с Просвещением во взглядах на разум, на роль разума как в личной, так и общественной жизни.

Сентименталисты отвергли разум как критерий истины, красоты, они осудили уклад жизни, культуру, основанные на рационализме, осудили город как средоточие этого уклада и этой культуры и противопоставили всему этому чувство, которому отдали роль критерия истины и красоты. Они противопоставили городу деревню и природу. Мы видели все эти идеи в сочинениях Стерна, Юнга, Голдсмита, Руссо, молодого Гете. Сентименталисты отошли от ортодоксального Просвещения, но еще не порвали с ним полностью. Стерн как художник и бытописатель тяготел к реализму. Он был слишком трезв и ироничен, чтобы увлечься сказочными картинами и мистическими видениями. Его не могла бы вдохновить средневековая меланхолическая экзальтация. Он еще твердо стоял на почве "языческого", земного, "античного" реализма, т.е. трезвого понимания реальности вещей. Однако временами у него возникали симпатий к средневековой мечтательности, запечатленной в рыцарских романах и всяких поэтических легендах об идеальной любви, он даже противопоставлял их трезвой и приземленной античности: "Есть прелестная пора в жизни каждого чуткого смертного, когда такая история дает больше пищи мозгу, нежели все обломки, остатки, объедки античности".

На реалистических позициях стояли все писатели-сентименталисты, если под реализмом понимать правдивое жизнеописание. Сентименталисты были, пожалуй, более последовательны в своих реалистических устремлениях, чем ортодоксальные просветители. "Вертер" Гете, драмы молодого Шиллера, "Новая Элоиза" Руссо отражали живую правду века, иногда даже дерзко обнаженную ("Исповедь" Руссо).

Но возвеличение ими чувств и недоверие к разуму и цивилизации, их элегическая ностальгия по старине и нетронутой природе делает их прямыми предшественниками романтиков XIX в.

Романтизм многое перенял у сентименталистов, и прежде всего их всеобщую устремленность к чувству и недоверие к разуму. У Стерна он занял иронию - "младшую дочь Мнемозины, розовую богиню шутки" (Г. Гейне). Фридрих Шлегель создал даже целую теорию "романтической иронии", а Генрих Гейне наполнил ею свои чудесные творения.

У сентименталистов уже появился образ "счастливого" безумца, обретшего счастье в иллюзии. У Стерна - сумасшедшая деревенская девушка ("Сентиментальное путешествие"). Позднее на страницах сочинений романтиков появятся безумцы, ушедшие в мир своей мечты из мира мрачных реальностей (музыкант Крейслер в романе "Записки кота Мура", пустынник Серапион в "Серапионовых братьях" Гофмана).

Современные реалии в баснях И.А. Крылова
На фоне высокоторжественной патетической лирики двенадцатого года весьма резко выделяются басни И.А. Крылова. В год Отечественной войны 1812 года Крылов становится политическим писателем, именно того направления, которого держалось большинство русского общества. Также ясно политическая идея видна и в баснях двух последующих годов, напр ...

Литература Болгарии
Болгария, некогда стоявшая во главе славянской образованности, больше всего пострадала от турецкого ига и в XVII столетии почти совершенно утратила свою письменность. Едва ли не единственным литературным произведением Болгарии XVII века является «Слово о страшном суде», сохранившееся в Люблинской библиотеке. Но и это произведение не был ...

«Книга жизни».
Первая книга романа (1942) посвящена юности Абая, вторая (1947)—становлению Абая-поэта. Они охватывают события 27 лет. Третья (1952) и четвертая (1956) книги посвящены последним двадцати годам жизни поэта. Центральная тема романа - путь казахского народа из тьмы средневековья к общерусскому революционному движению. Рас­крывается она но ...