Заключение

Рассмотрев три мужских образа романа «Доктор Живаго» я бы хотел подвести итог. Любой значимый литератор, для более полного раскрытия характеров своих героев (если они конечно мужчины), проводит их через взаимоотношения с женщиной. Так поступил и Борис Леонидович. На страницах эпопеи Антипов, Живаго, Комаровский влюбляются и какое-то время живут с великолепной женщиной – Ларисой Гишар. Узнать, кого же автор считает достойнейшим, можно заметив, кому отдает свое предпочтение Лариса Федоровна. Им стал Юрий Андреевич Живаго. Для доказательства своих выводов я процитирую сцену их последней встречи: «И вот она стала прощаться с ним простыми, обиходными словами бодрого бесцеремонного разговора, разламывающего рамки реальности и не имеющего смысла, как не имеют смысла хоры и монологи трагедий, и стихотворная речь, и музыка и прочие условности, оправдываемые одною только условностью волнения. Условностью данного случая, оправдывавшего натяжку ее легкой, непредвзятой беседы, были ее слезы, в которых тонули, купались и плавали ее житейские непраздничные слова.Казалось именно эти мокрые от слез слова сами слипались в ее ласковый и быстрый лепет, как шелестит ветер шелковистой и влажной листвой, спутанной теплым дождем.- Вот и снова мы вместе, Юрочка. Как опять Бог привел свидеться. Какой ужас, подумай! О я не могу! И Господи! Реву и реву! Подумай! Вот опять что-то в нашем роде, из нашего арсенала. Твой уход, мой конец. Опять что-то крупное, неотменимое. Загадка жизни, загадка смерти, прелесть гения, прелесть обнажения, это пожалуйста, это мы понимали. А мелкие мировые дрязги вроде перекройки земного шара, это извините, увольте, это не по нашей части. Прощай, большой и родной мой, прощай моя гордость, прощай моя быстрая глубокая реченька, как я любила целодневный плеск твой, как я любила бросаться в твои холодные волны.Помнишь, прощалась я с тобой тогда там, в снегах? Как ты обманул меня! Разве я поехала бы без тебя? О, я знаю, я знаю, ты это сделал через силу, ради моего воображаемого блага. И тогда всё пошло прахом. Господи, что я испила там, что вынесла! Но ведь ты ничего не знаешь. О, что я наделала, Юра, что я наделала! Я такая преступница, ты понятия не имеешь! Но я не виновата. Я тогда три месяца пролежала в больнице, из них один без сознания. С тех пор не житье мне, Юра. Нет душе покоя от жалости и муки. Но ведь я не говорю, не открываю главного. Назвать это я не могу, не в силах. Когда я дохожу до этого места своей жизни, у меня шевелятся волосы на голове от ужаса. И даже, знаешь, я не поручусь, что я вполне нормальна. Но видишь, я не пью, как многие, не вступаю на этот путь, потому что пьяная женщина это уже конец, это что-то немыслимое, не правда ли.И она что-то говорила еще и рыдала и мучилась. Вдруг она удивленно подняла голову и огляделась. В комнате давно были люди, озабоченность, движение. Она спустилась со скамейки и, шатаясь, отошла от гроба, проведя ладонью по глазам и как бы отжимая недоплаканный остаток слез, чтобы рукой стряхнуть их на пол.К гробу подошли мужчины и подняли его на трех полотенцах.Начался вынос».

Фамилия главного героя романа - доктора и поэта Юрия Живаго - это форма церковнославянского слова "живой". Умный, талантливый человек, который отстаивал единственное право - жить своей жизнью. Но мир вокруг него летел в пропасть: "Сейчас страшный суд на земле, милостивый государь, существа из апокалипсиса с мечами и крылатые звери, а не вполне сочувствующие и лояльные доктора", - так, свысока говорил Юрию волевой Стрельников. Вот только та эпоха, которая легко ломала даже мужественных военных, ничего не смогла поделать с доктором Живаго. С его верой в Бога, в жизнь, в простые человеческие ценности. Жизнь бессмертна, если она идет путем жертвенности и самоотречения. Борис Леонидович Пастернак был в этом убежден.

Но в полночь смолкнут тварь и плоть,

Заслышав слух весенний,

Что только-только распогодь -

Смерть можно будет побороть

Усильем Воскресенья.

Поэтому и выберет Лара Антипова с виду не столь сильного и мужественного Юрия. В общем и целом же, рассмотренный мною роман — роман нравственного перелома двадцатого века, роман, поставивший историю человеческих чувств выше истории как таковой.


Календарная обрядовая поэзия. Зимние святки
1. Коляда, коляда! Пришла коляда накануне Рождества. Мы ходили, мы искали коляду святую По всем дворам, по проулочкам. Нашли коляду у Петрова-то двора. Петров-то двор – железный тын, Среди двора три терема стоят. Во первом терему – светел месяц, В другом терему – красно солнце, А в третьем терему – часты звезды. Светел месяц ...

Творческий взлет. «Глобус»
В 1590-х гг. (период, который принято считать первым в шекспировском творчестве) Шекспир создает все свои основные хроники а также большинство комедий. В 1595-96 годах написана трагедия «Ромео и Джульетта», вслед за ней — «Венецианский купец» — первая комедия, которую впоследствии назовут «серьезной». Осенью 1599 открывается театр «Гло ...

Художественные системы XIX-XX вв.
В XIX в. (особенно в его первой трети) развитие литературы шло под знаком романтизма, который противостоял классицистическому и просветительскому рационализму. Первоначально романтизм упрочился в Германии, получив глубокое теоретическое обоснование, и скоро распространился по европейскому континенту и за его пределами. Именно это культу ...