В сказках для читателей старшего возраста авторская позиция своеобразно совмещается с детским взглядом на мир. К подобным сказкам, непосредственно связанным с образом детства, относятся произведения В. Крапивина. Сказочно-романтическому пониманию детства соответствуют и образы-символы в различных произведениях: паруса, крылья, капитаны, мушкетёры, горнисты, рыцари и др. Сказка у Крапивина – способ проникновения в мир детской души. Автор вводит в свои произведения философские понятия Дороги и Кольца мироздания. Герои рассуждают о тайнах бытия, грехе, совести, святости, Боге и определяют категории созданного мира, в котором нет смерти, а есть переход в иное энергетическое состояние, а каждый маленький герой нужен и важен для других.

Через единство детства и сказки Крапивин поднимает серьёзные проблемы человеческого существования, такие, как «человек и время», «дети и война», «дети и Система». И хотя счастливая концовка вовсе не является обязательным условием, в сказочно-философских мирах автора нет смерти и расставания: погибшие или пропавшие дети возвращаются к родителям, мальчишки-воины из прошлого, ставшие ветерками, вновь оживают, одинокие дети находят своих родителей («Дети синего фламинго», «Голубятня на желтой поляне», повести о Кристалле). Автор убеждает нас в том, что все хорошее и доброе вечно, как память детства и любовь.

Каждая повесть Крапивина является законченным художественным произведением, романтической сказкой. Но за счет циклизации (повести о Великом Кристалле и о Безлюдных пространствах) и благодаря использованию в каждой части единого образа детства, создается единый мир, лучшей частью которого является сказка детства. Например, в основе цикла о Великом Кристалле вымышленный образ мироздания, имеющий сложную структуру с параллельными мирами и временами.

Образ детства и образ ребенка, являясь центральными в произведениях Крапивина, связывают конкретно-историческое время и вечность. Ребенок – хранитель, спаситель добра и справедливости и одновременно «элемент мира», познающий его. «Сказочная» в своей основе идея о том, что именно маленький и физически слабый спасает город, страну, планету, вселенную последовательно проводится в художественном мире автора («Рыцарь прозрачного кота», «Голубятня на желтой поляне», «Дети синего фламинго», «Выстрел с монитора»). Это показывает глубокое философско-психологическое осмысление детства и беспокойство автора за судьбы детей в нашем мире. Сложность сказок Крапивина по глубине проблем, философских раздумий и стилистике позволяет нам говорить о развитии жанра философско-приключенческой сказки. Все произведения автора содержат серьезный подтекст мировоззренческого плана, изображают отдельные моменты человеческой судьбы, когда нужно сделать выбор, осознать свои достоинства и недостатки.

Наиболее интересным культурным явлением в постсоветской детской литературе является «фэнтэзи», К этому жанру относятся произведения, в которых приключенческий сюжет разворачивается в чуждых нам времени и пространстве. В «фэнтэзи» хотя бы одно из свойств реальности искажено благодаря тому, что автор создает несколько фантастических миров, сосуществующих с миром обыденного и противопоставленных ему. Герои (или всего лишь один, главный, герой) способны перемещаться между параллельными мирами.

В русской литераторе, развивавшейся в рамках христианской традиции, отношение к волшебному миру и магии было не таким благосклонным, как в англосаксонской и кельтской. Появление в детских книгах ведьм, чертей и прочей нечисти было допустимо в основном лишь в фольклоре. Поэтому за редким исключением в русской детской литературе ХIХ-ХХ вв. не встречается мистических волшебных повестей, в которых сильнее оказывалось бы мифологическое, а не христианское начало. После революции эта ситуация тоже не сильно изменилась. Даже произведения В.Крапивина и К.Булычева не смогли создать в России ничего даже похожего на бум «фэнтэзи» на Западе в 60-80-х гг. XX в. Лишь после поднятия «железного занавеса» в Россию лавиной хлынуло переводное «фэнтэзи»; в настоящее время мы наблюдаем вторую стадию развития жанра.

Возвращение в столицу. Журналы «Время» и «Эпоха». Раскрытие теории почвенничества.
В 1858 году Михаил Достоевский испросил разрешение издавать литературный и политический еженедельник «Время» небольшими выпусками, до четырёх печатных листков. Ему разрешают В сентябре 1860 года выходит объявление о журнале «Время». Это манифест нового литературного направления – почвенничества и одновременно ответ Достоевского на самые ...

Часть 2.
Чтобы сравнить романтических героев Байрона и Лермонтова, я решила рассмотреть конкретные примеры из лирики романтиков, остановила свой выбор на Мцыри Лермонтова и на Шильонском узнике Байрона. Оба они – узники обстоятельств, но так ли похожи они, как нам может показаться на первый взгляд? Схожи ли их мысли, чувства, переживания? На эти ...

"Девочки"
Следующий цикл "Девочки" ярко выделяется на фоне остальной прозы Людмилы Улицкой. В нем с тонким психологическим мастерством изображен мир девочек-подростков, особое возрастное восприятие действительности, которое, в конечном счете, определит ход их жизни. Человек формируется в детстве - это известное утверждение писательница ...