Трансформация демонических мотивов в иронических поэмах «Сашка» и «Сказка для детей».
Страница 1
Информация о литературе » Трнсформация демонических мотивов в иронических поэмах М.Ю. Лермонтова » Трансформация демонических мотивов в иронических поэмах «Сашка» и «Сказка для детей».

«Расставание» с Демоном было трудным. В каждом новом романтическом произведении Лермонтова он вновь и вновь заявлял о себе – столь глубок был философско-символический образ, созданный писателем. Замыслы, связанные с реализацией этой темы продолжали возникать вплоть до 1841г. Но все же основными манифестами, заявляющими о переосмыслении демонического мировоззрения и его преодолении, стали так называемые иронические поэмы «Сашка» и «Сказка для детей»

Обе эти экспериментальные поэма Лермонтова исследователи интерпретируют как романы в стихах, но все же лучше воздержаться от столь категоричного заявления, потому что перед нами не четко прорисованные формулы жанра, а скорее жанровые модальности. Эти произведения предпочтительнее видеть как неканонические, протожанровые формы, как жанровый процесс только направленный к реализации.

Как известно, еще в 1831г. Лермонтов намеревался написать длинную сатирическую поэму «приключения демона». Замысел этот тогда не был осуществлен. известным подступом к «Сказке для детей» в разработке демонической темы можно считать поэму «Сашка». Пародийность и ироничность поэмы Лермонтова несет в себе особый смысл: отрицание демонического.

Пародируя романтическую тенденцию необыкновенного героя Сашки и собственную приверженность к нему в недалеком прошлом, Лермонтов замечает:

«Но нынче я не тот уж, как бывало,-

Пою, смеюсь. – Герой мой добрый малый»

Однако многое в образе Сашки (зависимо или независимо от воли автора) в полном смысле романтично, возвышенно и граничит с необыкновенным («гордость», «желания, безбрежные как вечность» и т.п.). Но каждый раз, назвав такие черты, Лермонтов считает нужным «снизить» их.

Например:

«…В глазах его открытых, но печальных,

Нашли бы вы без наблюдений дальных

Презренье, гордость».

Далее следует фраза, несколько снижающая возвышенность отмеченного:

«… хоть он не был горд,

Как глупый турок иль богатый лорд,

Но все-таки себя в числе двуногих

Он почитал умнее очень многих».

Отказываясь («как психолог») «вскрывать характер» Сашки, выставлять его «наружу», Лермонтов, отдаляя своего героя от героев демонических, пишет:

«Пусть скажет он (журналист), что бесом одержим

Был Саша, - я и тут согласен с ним,

Хотя божусь, приятель мой, повеса,

Взбесил бы иногда любого беса.»

И уже в конце поэмы, в романтико-философском монологе, временами иронически сниженном он вновь разделяет своего автобиографического героя и Демона:

«О, если б мог он, как бесплотный дух (как Демон),

В вечерний час сливаться к облакам…

… В глуши степей дышать со всей природой

Одним дыханьем, жить ее свободой!

О, если б мог он, в молнию одет,

Одним ударом весь разрушить свет! .

(но, к счастию для вас, читатель милый,

Он не был одарен подобной силой.)»

И о себе Лермонтов пишет в начале поэмы, как об изменившемся, пережившем:

«…про темные волнения души,

Такие вещи очень хороши

Тому, кто мало спит, кто думать любит…»

«…впадал я прежде в эту слабость сам…»

Так он говорит об изменениях в своем мировоззрении.

Значительными являются строки, в которых Лермонтов отсылает нас к библейскому эпизоду обращения царя Саула к Давиду:

«И жадный червь ее [душу] грызет, грызет, -

Я думаю тот самый, что когда-то

Терзал Саула; но порой и тот

Имел отраду: арфы звук крылатый,

Как ангела таинственный полет,

В нем воскрешал и слезы и надежды;

И опускались пламенные вежды,

С гармонией сливалася мечта,

И злобный дух бежал, как от креста.

Но этих звуков нет уж в поднебесной, -

Они исчезли с арфою чудесной .»

Поэт окружает этот эпизод сетью многозначительных метафор. На одном полюсе у него - "жадный червь", терзающий душу поэта, как некогда он терзал душу Саула (для сравнения можно привести печаль Демона, что "ластится как змей). На другом полюсе - арфа Давида, ангелическое начало музыкальной гармонии, дающее исход слезам и надеждам и изгоняющее злобного духа, подобно крестному знамению. Видимо, "приставленного" к Саулу "злобного духа" Лермонтов мысленно сопоставлял сначала со своим "личным" Демоном (в юношеском стихотворении "Мой Демон", 1830-31г.г. есть такие строки:

Страницы: 1 2 3


Традиционные необрядовые лирические песни
1. ОЙ, МЫ ПРОСО СЕЯЛИ, СЕЯЛИ - Ой, мы просо сеяли, сеяли, Ой дид-ладо, сеяли, сеяли! - А мы просо вытопчем, вытопчем, Ой дид-ладо, вытопчем, вытопчем!- - А чем же вам вытоптать, вытоптать, Ой дид-ладо, вытоптать, вытоптать? - А мы коней выпустим, выпустим, Ой дид-ладо, выпустим, выпустим! - А мы коней переймем, переймем, Ой ди ...

Видение роли государства Чернышевским, изложенное в романе «Что делать?»
Роман Чернышевского «Что делать?» повествует о жизни и убеждениях двух молодых супружеских пар. Сначала мы видим любовный треугольник: юная Вера Павловна, дочь управляющего домом выходит замуж за студента-медика – Дмитрия Сергеевича Лопухова, но после влюбляется в его друга Александра Матвеевича Кирсанова. Брак Лопуховых не похож на все ...

В Московском университете пансионе
И я к высокому, в порыве дум живых, И я душой летел во дни былые; Но мне милей страдания земные: Я к ним привык и не оставлю их… М.Ю. Лермонтов «К другу» Московский университетский благородный пансион, основанный в конце XVIII века, был одним из лучших учебных заведений в России. Он помещался в большом просторном здании на Тве ...