Мотивы одиночества и отчуждения
Страница 2
Информация о литературе » Поэтика Иосифа Бродского » Мотивы одиночества и отчуждения

Так родится эклога. Взамен светила загорается лампа: кириллица, грешным делом, разбредаясь по прописи вкривь ли, вкось ли, знает больше, чем та сивилла, о грядущем. О том, как чернеть на белом, покуда белое есть, и после.

(III; 18)

В этих строках варьируется пушкинский образ из «Осени»: перо, просящееся к бумаге. Перу у Пушкина, которое записывает текст как бы независимо от воли поэта, у Бродского соответствуют язык, алфавит («кириллица»), буквы, которые словно сами складываются в строки. У Пушкина в «Осени» грамматические субъекты — пальцы и перо, стихи, а не «Я», и строение фраз передает мотив спонтанности вдохновения, неподвластности разуму. Но «лирическое волненье» испытывает всё же душа поэта. У Бродского «Я» поэта просто отсутствует, стихи рождаются из алфавита, из Языка33.

Мотив несуществования, «е-бытия «Я» появляется в поэзии Бродского примерно в одно время с мотивом отчуждения «Я» поэта от своих текстов, и это не случайно. Идея, что поэт — не творец своих текстов, а лишь орудие Языка, лишает жизнь «Я» стихотворца экзистенциального оправдания, смысла. Наполнения. Воплощаясь в тексте, «Я» превращается в факт языка, в «местоимение», отчуждается от себя самого. Знаком «Я» становится «пустая» геометрическая фигура, обреченная на уничтожение:

Навсегда расстаемся с тобой, дружок. Нарисуй на бумаге простой кружок. Это буду я: ничего внутри. Посмотри на него — и потом сотри.

(«То не Муза воды набирает в рот», 1980[III; 12])

«Исторический» вариант мотива одиночества — отчуждение героя от нового поколения, вступающего в жизнь. По-видимому, он сформулирован впервые в стихотворении «1972 год»:

Смрадно дыша и треща суставами, пачкаю зеркало. Речь о саване еще не идет. Но уже те самые, кто тебя вынесет, входят в двери.

Здравствуй, младое и незнакомое племя! Жужжащее, как насекомое, время нашло, наконец, искомое лакомство в твердом моем затылке.

Пушкинское выражение «Здравствуй, племя, младое, незнакомое!» (« .Вновь я посетил .») приобретает в новом контексте горько-иронический смысл: Пушкин говорил о преемственности поколений (их символизируют старые и молодые деревья) и приветствовал их смену как неизбежный и справедливый закон бытия; Бродский пишет о новом поколении как о могильщиках лирического героя.

Оппозиция «мир ценностей лирического героя — "варварские" ценности нового поколения, культивирующего жестокость и презирающего человеческую личность» организует стихотворение «Сидя в тени» (1983):

Я смотрю на детей, бегающих в саду.

И свирепость их резвых игр, их безутешный плач смутили б грядущий мир, если бы он был зряч.

VII

После нас — не потоп, где довольно весла, но наважденье толп, множественного числа.

< .>

VIII

Ветреный летний день. Запахи нечистот затмевают сирень. Брюзжа, я брюзжу как тот, кому застать повезло уходящий во тьму мир, где, делая зло, мы знали еще — кому.

(III; 71-73)

Дети изображены как «враги» уходящего поколения, как те, кто вытесняет старших из жизни, убивает их:

XIII

< .>

Как бы беря взаймы, дети уже сейчас видят не то, что мы; безусловно не нас.

(Там же [III; 74])»

Загорелый подросток, выбежавший в переднюю, у вас отбирает будущее, стоя в одних трусах.

(«Август», 1996[IV(2); 204])

В противоположность Пушкину, уподобляющему новое поколение молодым деревьям, Бродский противопоставляет «подростков» деревьям; их существование ассоциируется с гибелью, с вырубкой деревьев:

Теперь всюду антенны, подростки, пни вместо деревьев.

Оппозиция «лирический герой (его поколение) — новое поколение» имеет у Бродского глубокий культурный смысл. Сверстники лирического героя — последнее поколение, живущее ценностями высокой культуры. « .Нынешнее дело — дело нашего поколения; никто его больше делать не станет, понятие "цивилизация" существует только для нас. Следующему поколению будет, судя по всему, не до этого: только до себя, и именно в смысле шкуры, а не индивидуальности. Вот это-то последнее и надо дать им какие-то средства сохранить; и дать их можем только мы, еще вчера такие невежественные. < .> Уже сегодня, перефразируя основоположника, самым главным искусством для них является видео. За этим, как и за тем, стоит страх письменности, принцип массовости, сиречь анти-личности. И у массовости, конечно, есть свои доводы: она как бы глас будущего, когда этих самых себе подобных станет действительно навалом — муравейник и т.п., и вся эта электронная вещь — будущая китайская грамота, наскальные нерп 1.41. настенные живые картинки. Изящная словесность, возможно, единственная палка в этом набирающем скорость колесе, так что дело наше — почти антропологическое: если не остановить, то хоть притормозить подводу, дать кому-нибудь возможность с нее соскочить» (из письма Я.А. Гордину, июль 1988 г.)35.

Страницы: 1 2 


Предисловие
И.С.Тургенев является одним из самых уважаемых и почитаемых авторов. Его классические литературные произведения являют собой живой пример отношений между людьми, жившими в девятнадцатом веке, но проблемы всесторонне описанные в его произведениях и по сей день являются актуальными. Произведения И.С.Тургенева отражают не только черты прис ...

Песни весенних праздников
12. Благослови, Боже, Пречистая Мати, Весну нам гукати. Гу! Подай, Боже, ключи Летичка отмыкати, Зимычку замыкати. Гу! В лете я в карете, Зимычка – в возочку. Гу! В лете я в челночку, Зима – в полозочку. Гу! С этой веснянки начиналось «гуканье», зазывание весны. В тексте олицетворяются времена года, и в то же время ясно ощуща ...

Женские образы в рассказе «Дом с мезонином».
В богатой дворянской усадьбе живут две красавицы сестеры. Младшая, Женя (домашние зовут ее Мисюсь),- поэтическая натура. Она непосредственна, восприимчива и впечатлительна. Чтение книг – вот основное ее занятие. Она еще не разобралась в жизни, поэтому видит в людях только хорошее: увлекается художником и любит свою сестру, являющуюся по ...