Парадокс – источник комического у Ивлина Во.

«Комическое» у Во уникально. Оно включает в себя собственно «архитепическое» – традиционные хоры и приемы комического жанра, известные еще со времен аттической комедии – буффонады, веселые переодевания, комические путаницы, мифологические пародии.

Буффонада органично входит в структуру романов Во 20-30-х годов. Широко используются приемы комической путаницы: подмены. Например, роман «Сенсация» даже можно назвать комедией ошибок подобно «Самиянке» Менандра, «Менехмам» Плавта, шекспировским комедиям «Двенадцатая ночь», «Комедия ошибок», т.к. одинаковая фамилия двух персонажей порождает невероятную путаницу, что позволяет никому неизвестному сельскому корреспонденту Уильяму Таппоку отправиться освещать события в Эсмаилию вместо популярного беллетриста Джона Таппока. Это и создает в романе множество комических ситуаций.

Важнейшим условием самоопределения писателя считается его приверженность национальной традиции. В творчестве Во национальность проявляется в особом даре англичан – юморе. Юмор, выросший на английской народной почве, - это способ видения мира, это особая атмосфера эксцентричности, где «постоянно ощущается попытка посмеяться не столько над своим окружением, сколько над самим собой». (Г.К. Честертон)

Именно комедийный английский роман представляет собой литературный эквивалент того, что можно назвать «национальным архетипом комического», связанного с такими отличительными чертами английского характера, как «причудливость», «чудаковатость», «парадоксальность».

В «Черной напасти» и «Сенсации» (и др. ранних романах) преобладает стихия юмористического комизма.

В произведениях же 40-60-х гг. ведущей тенденцией является сатира («Современная Европа Скотта-Кинга», «Незабвенная», «Любовь среди руин», трилогия «Шпага чести»).

Создавая в современных произведениях галерею комических персонажей, Во руководствуется принципом Бэна Джонсона – «каждый в своем нраве», наделяя литературных героев всевозможными человеческими причудами и маниями, выделяющими их из числа других.

Многое в понимании человеческих характеров сближает творчество Во с творчеством великих английских романистов 18 века: Г. Филдингом, Т. Смоллеттом и, конечно, Л. Стерном, разработавшим теорию “hobby-horse”, которая является противовесом и вызовом “здравому” смыслу.

В основе построения образов чудаков и эксцентриков у Во (например, У. Таппок) лежит мотив отклонения от нормы.

В английской литературе рубежа 19-20 вв., благодаря парадоксам Г.К. Честертона и Б. Шоу образ традиционного чудака претерпевает парадоксальные изменения. Комизм Честертона меньшей степени смешон, в большей степени эксцентричен. Данный парадокс становится нормой для “комического” в творчестве Во.

Парадокс Шоу в том, что в его пьесах комическое и трагическое соединяется воедино. Подобно Шоу, Во считает, что трагедия как эстетическое явление становится безосновательной.

Трагикомедия представляется “более глубокой и мрачной, чем трагедия”, поэтому, обращаясь к жанру комического романа, Во неотъемлемым элементом своего “комического” делает “трагическое”, ибо в “комическом видении Во присутствует трагическое ядро” (К. Роло).

«Повесть о Шемякином суде»
В «некоих местах» жили два брата — богатый и бедный. Богатый постоянно ссужал бедняка, но тот по-прежнему жил скудно. Как-то бедняк попросил лошадь, чтобы привезти из лесу дров. Богатый лошадь дал, но не дал хомута, попрекнув брата: «И того у тебя нет, что своего хомута». Бедный привязал дровни к хвосту лошади. Въезжая во двор, он не от ...

Исследования отражениея родного говора в прозе современных писателей. Исследование особенностей диалектизмов в прозе В.Шукшина в их соотношении с родным говором
Трудности в передаче звучащей речи на письме не позволяют писателю, как правило, передать весь ее колорит. В.М.Шукшин и не ставит перед собой такой задачи. Однако в его рассказах некоторые фонетические черты родного говора все же прослеживаются. Думается, употребление глаголов плотют, ростили в такой именно форме можно считать отголоско ...

Эстетические взгляды
«Жан Расин жил в то время, когда французский гений достиг всей своей полноты, а язык, окончательно сложившийся, еще сохранял всю свежесть золотого века. Он учился у поэтов античности, наслаждался ими и до конца соблюдал ту эллинскую и латинскую традицию, исполненную красоты и разума, которая создала формы поэзии – оды, эпопеи, трагедии ...