Сама тема стихов предполагала это. Чаще всего он писал о деревенской природе, которая всегда выглядит у него простой и незамысловатой. Это происходит потому, что эпитеты, сравнения, метафоры Есенин находил в народной речи:

За ровной гладью вздрогнувшее небо

Выводит облако из стойла под уздцы.

Или:

Воробушки игривые,

Как детки сиротливые.

Часто Есенин использовал фольклорные выражения: “ковёр шёлковый”, “кучерявая голова”, “девица-краса” и так далее.

Сюжеты стихотворений Есенина тоже сходны с народными: несчастная любовь, гадание, религиозные обряды (“Пасхальный благовест”), исторические события (“Марфа Посадница”).

Так же как и для народа, для Есенина характерно одушевление природы, приписывание ей человеческих чувств, т. е. приём олицетворения:

Клен ты мой опавший, клен заледенелый,

Что стоишь, нагнувшись, под метелью белой?

Но в народных произведениях чувствуется искренняя вера, а Есенин смотрит на себя со стороны, то есть пишет о том, что уже было когда – то и чего нет теперь: “Сам себе казался я таким же клёном”.

Настроения и чувства Есенина, как и народа, созвучны природе, поэт ищет у неё спасения и успокоения. Природа сопоставляется с переживаниями человека:

Ходит девушка по бережку грустна,

Ткёт ей саван нежнопенная волна,-

Либо противопоставляется:

Не нашлось моё колечко.

Я пошёл с тоски на луг.

М не вдогон смеялась речка:

“У милашки новый друг”.

Многие стихотворения Есенина схожи с фольклором и по форме. Это стихотворения-песни: “Хороша была Танюша”, “Заиграй, сыграй, тальяночка…” и так далее. Для таких стихотворений характерно повторение первых и последних строк. И само строение строки взято из фольклора:

То не зори в струях озера свой выткали узор,

Твой платок, шитьём украшенный, мелькнул за косогор.

Иногда стихотворение начинается, как сказка:

На краю деревни

Старая избушка,

Там перед иконой

Молится старушка.

Есенин часто употребляет слова с уменьшительными суффиксами. Употребляет он и старые русские слова, сказочные названия: выть, гамаюн, свей…

Поэзия Есенина образна. Но образы его тоже просты: “Осень – рыжая кобыла”. Образы это опять-таки заимствованы из фольклора, например, ягнёнок – образ невинной жертвы.

Таинственная недосказанность в романах Хемингуэя
Не понаслышке Хемингуэй изображает боксеров и матадоров, профессиональных охотников и рыбаков, не с чужих слов рисует картины ночного Парижа и Мадрида, боя быков в Памплоне, охоту на львов и леопардов у величественной Килиманджаро, ловли океанских чудовищ. Он всегда знает о чем пишет. Сам Хемингуэй в своем рассуждении о «правиле айсбер ...

Международные связи и специфика литературы. Региональная и национальная специфика литературы
Сравнительно-историческое изучение литературы разных эпох (не исключая современной), как видно из сказанного выше, с неотразимой убедительностью обнаруживает черты сходства литератур разных стран и регионов. На основе подобных студий делается вывод о том, что «по своей природе» литературные феномены разных народов и стран «едины». Однак ...

Расцвет готического романа
Литература ужаса приобретает новые черты в творчестве Мэтью Льюиса (1773–1818), чей роман «Монах» (1796) стал настолько популярным, что сам автор получил прозвище Монах. Юный писатель, получивший образование в Германии и пропитавшийся диким тевтонским фольклором, неизвестным миссис Радклифф, обратился к ужасу более жестокому, чем это мо ...