Из книги судеб. Наум Мандель (именно это настоящая фамилия Коржавина) родился в Киеве в 1925 году. Стихи начал писать рано, и заметивший их и их автора Николай Асеев рассказал о нём молодым поэтам Москвы. Войну Наум Мандель провёл в эвакуации, недолго служил в армии, откуда был уволен из-за порока сердца. В 1945 году поступил в Литинститут им. Горького. Повсюду читал свои стихи, в которых уже тогда чувствовался молодой непокорный дух. И неприятности не заставили себя ждать: в конце 1947 года Наум Мандель был арестован, и после нескольких месяцев на Лубянке был сослан в Сибирь на три года, а после отбытия этого срока его ссылка фактически продолжалась в Караганде ещё три года.

После смерти Сталина Наум возвращается в Москву и в 1959 году оканчивает Литинститут. Первые его публикации приходятся именно на период хрущёвской «оттепели», когда в печати начинают выходить подборки его стихов и единственная доэмиграционная книга «Годы». В 1967 году пьеса «Однажды в 20-м» была поставлена в Театре им. Станиславского (без права её распространения; сама пьеса так и не была опубликована на русском языке). Параллельно росла другая слава поэта Наума Манделя, взявшего к тому времени псевдоним «Коржавин» – подпольная, списочная, «самиздатовская». Стихи с афористичными строчками «но кони всё скачут и скачут, а избы горят и горят», «Какая сука разбудила Ленина?! Кому мешало, что ребенок спит?!», « .но никто нас не вызовет на Сенатскую площадь» и многие другие упоённо цитировались на всех интеллигентских кухнях и на всех диссидентских посиделках, создавая автору реальную и не исчисляемую книжными тиражами славу.

Тем временем над головой Коржавина вновь сгущаются тучи, и не только из-за стихов. Он выступает в защиту Галанскова, Синявского, Даниэля и других узников совести. Воздух эпохи становится для него слишком душным, и в 1973 году Наум Коржавин вынужден покинуть Родину. С тех пор вот уже 35 лет он живёт в США, в Бостонe. Став американским гражданином, Коржавин не стал американцем по духу и кругу интересов: он по-прежнему говорит, пишет и думает по-русски, живёт интересами России, часто бывает в Москве. В 2005 году вышел в свет двухтомник его мемуаров «В соблазнах кровавой эпохи». Жена Люба оказывает огромную помощь в подготовке материалов к публикации, их вычитке и редактуре, и вообще – она всегда рядом.

Народная драма
7. ЛОДКА Действующие лица: Атаман – грозного вида, в красной рубашке, черной поддевке, черной шляпе, с ружьем и саблей, с пистолетом за поясом, поддевка и шляпа богато украшены золотой бумагой. Эсаул одет почти так же, как и Атаман, украшения из серебряной бумаги. Разбойники одеты в красные рубахи, на головах меховые шапки с значкам ...

Прекращение деятельности И. Фёдорова в Москве
Высшая государственная и церковная власть в лице царя и митрополита покровительствовала размножению печатных книг. Зато профессиональные переписчики, которым оно наносило материальный ущерб, а также невежественные церковники, встречавшие с суеверной подозрительностью всякое нововведение, были ярыми его противниками. Церковники распрост ...

Основная часть
В конце жизненного пути Николай Семенович Лесков, оценивая созданное им за три десятилетия подвижнического служения литературе, сказал А. И. Фаресову, своему первому биографу; "Сила моего таланта в положительных типах . Эти "Однодумы", "Пигмеи", "Кадетские монастыри", "Инженеры-бессребреники" ...