Авторитет модернизма как одной из важнейших художественных тенденций в американской ХХ века после войны заметно пошатнулся.

Направленность поисков нового течения по своей сути предопределялось природой модернистского искусства с его установкой на “революцию слова” и отказом признать общественную детерминированность искусства, даже если оно затрагивает социальную проблематику, с его попытками выстроить некую умозрительную конструкцию, эстетическую модель, не синтезирующую опыт реальности, а наоборот “накладываемую” на хаотическую реальность для ее художественного “упорядочивания”.

Резко усилились и настроения обреченности, потерянности, приметой эпохи сделалось “катастрофическое” мироощущение, родственное экзистенциализму.

На теоретическом языке для этих явлений новейшего этапа уже существовал свой термин – “эстетика молчания” или “постмодернизм”. По мысли И.Хассана [Hassan Ihab, 7, p.24-26], которому и принадлежит этот термин, мы становимся свидетелями “модернистского разрушения формы . до той степени, когда оказывается под сомнением сама идея формы и это сомнение требует переосмыслить все художественные средства”. Иначе говоря, постмодернизм – это “искусство молчания, пустоты, смерти, создающее свой язык недоговорок, двусмысленности, словесной игры”. Конечным результатам оно должно иметь “нулевую степень” эстетического, а по логике вещей – просто пустую страницу.

Термин, разумеется, очень условен. И.Хассан имеет в виду определенную традицию, которая вырастает из самого модернизма, становясь доминирующей сегодня.

В данном термине важно не упустить содержание, которое стараются выразить пользующиеся им авторы. Это содержание невымышлено. Наблюдая, как эволюционировал американский модернизм в 1950-70-х годах, нельзя не отметить две тенденции. Сначала остановимся на одной из них. Она охарактеризована тем же И.Хассаном: “отчуждение от разумного, от общества, от истории, последовательный отказ от всех обязательств и связей с тем миром, что создан людьми, а как возможность – и вообще отказ от любой формы жизни в коллективе” [Hassan Ihab, 7, p.28-30].

Относительно того, что считать самыми характерными признаками постмодернизма, существует весьма широкий спектр мнений. И.Хассан выделяет в качестве его основных черт “имманентность” и “неопределенность”, утверждая, что произведения этого направления в искусстве в целом обнаруживают тенденцию к “молчанию”, т.е. “с метафизической точки зрения”, по его выражению, ни ничего не способны сказать о “конечных истинах”. В то же время К.Батлер [Butler, 8, p.134-135] считает, что самым главным признаком является специфическая форма “корректирующей иронии” по отношению ко всем проявлениям жизни. Согласно этому ученому, разрабатывающему в основном теорию литературного постмодернизма, определяющее свойство текстов подобного типа заключается в том, что на уровне повествования они создают у читателя “неуверенность” в ходе его развития.

Другим спорным вопросом является дата возникновения постмодернизма. Для Хассана она начинается с “Поминок по Финнегану” (1939) Джойса. Той же периодизации придерживается и Батлер. Другие исследователи относят время его появления примерно к середине 50-х годов, а к середине 60-х – его превращение в “господствующую” тенденцию в искусстве. Однако большинство западных ученых, как литературных критиков, так и искусствоведов, считают, что переход от модернизма к постмодернизму пришелся именно на середину 50-х годов.

Существует и другая тенденция. Она заключается во все более очевидном размывании границ между современным модернизмом и “массовой культурой”, между “бунтующим неоавангардом и вполне конформистским американским искусством для миллионов”.

Границы “элитарного” и “массового” регионов художественной культуры смещаются.

Со всей рельефностью это явление, новое в истории модернизма, выступает к началу 70-х годов. И сразу же рушится один из опорных пунктов модернистской эстетической доктрины – концепция полярного противостояния “авангарда” и кича.

Исследования отражениея родного говора в прозе современных писателей. Исследование особенностей диалектизмов в прозе В.Шукшина в их соотношении с родным говором
Трудности в передаче звучащей речи на письме не позволяют писателю, как правило, передать весь ее колорит. В.М.Шукшин и не ставит перед собой такой задачи. Однако в его рассказах некоторые фонетические черты родного говора все же прослеживаются. Думается, употребление глаголов плотют, ростили в такой именно форме можно считать отголоско ...

Тема любви
По-новому Некрасов писал о любви. Поэтизируя взлеты любви, он не обошел вниманием ту «прозу», которая «в любви неизбежна». В его стихах появился образ независимой: героини, подчас своенравной и неприступной («Я не люблю иронии твоей .»). Отношения между любящими стали в лирике Некрасова более сложными: духовная близость сменяется размол ...

Отражение образа матери М.М. Лермонтовой в лирических произведениях
Мать умерла, когда Михаилу Юрьевичу было 3 года. Поэтому у самого поэта оказавшегося так рано сиротой не могло остаться личных воспоминаний о матери. Тем не менее, существует его дневниковая запись 1830 года: «Когда я был трех лет, то была песня, от которой я плакал: ее не могу теперь вспомнить, но уверен, что если б услыхал ее, она бы ...