Первая московская типография, из которой вышли анонимные издания, также получила название Анонимной. Имеется немного сведений об этой первой Московской типографии, или, как ее называли, печатни. Она возникла около 1553 года. По мнению Е.Л. Немировского, основателем её был священник Сильвестр, имевший большую рукописную мастерскую и связанный с Избранной Радой Ивана Грозного.[11] То обстоятельство, что о типографии и её продукции нигде в источниках не упоминается, можно объяснить, скорее всего, несовершенством безвыходных изданий, которые не удовлетворяли царя, и о них было приказано «забыть».3

Как видно из приведенного перечисления изданий, последние две книги вышли уже в период существования в Москве типографии Ивана Фёдорова. Вопрос о взаимоотношениях Анонимной типографии и типографии, возглавляемой Иваном Фёдоровым вызывал разногласия. Т.Н. Протасьева считала, что все анонимные издания напечатаны до «Апостола» и что сам И.Фёдоров руководил типографией. А.С. Зернова подчёркивала различия между безвыходными и Федоровскими изданиями, и полагала, что типография И.Фёдорова работала в одно время рядом с Анонимной, выпустившей после «Апостола» широкошрифтное Евангелие и Псалтырь, напечатанные новой, двухпрогонной техникой.

В результате исследований ученых было установлено, что издания Анонимной типографии не могли быть изданиями Ивана Фёдорова. Первая Московская типография имела свои особые шрифты, свои гравированные доски для украшений; приемы и техника печатания этих изданий резко отличались от техники печатания Ивана Фёдорова. Гравированные заставки и буквицы анонимных изданий выполнены в традиции московских рукописных книг; это относится и к шрифтам, графика которых воспроизводит особенности московского полуустава конца XV - начала XVI века. Анонимная типография имела в своем распоряжении четыре шрифта разных размеров, рисунки которых заимствованы с рукописных образцов. Самый ранний шрифт, которым напечатаны первое «Евангелие» и первая «Псалтирь», имеет те же графические особенности, какие были характерны для шрифта Швайпольта Феоля (особая форма буквы «о»). По оформлению и технике печатания книги Анонимной типографии представляют много замечательного, но все-таки они далеки от совершенных изданий Ивана Фёдорова.

Дальнейшая судьба Анонимной типографии неизвестна. После того как была отпечатана последняя книга около 15671 года, весь типографский инвентарь бесследно исчез. Вследствие большой трудности и дороговизны изготовления шрифтов и гравированных досок материалы ранних типографий обычно сохранялись подолгу, иногда они переходили из одной типографии в другую и даже из одного города в другой. Полностью исчезнуть инвентарь Анонимной типографии мог в результате пожара; имеется свидетельство о том, что как раз в эти годы в Москве сгорела какая-то типография. Это известие нельзя отнести к типографии Ивана Фёдорова потому, что все его типографские материалы, как шрифты, так и орнаменты, встречаются во многих изданиях позднейшего времени. Очевидно, речь идёт о гибели в результате пожара Анонимной типографии.

“Манфред”
В 1817 году великий английский поэт навсегда покинул свою Родину, унося в душе печаль и горькую обиду изгнанника. С этого переломного момента в жизни Байрона начинается второй период его творчества, на протяжении которого были созданы поразительные по глубине и художественной силе произведения. Рассмотрим одно из них, наиболее важное дл ...

Особенности родного говора писателя в системе русских наречий. Исследование диалектных элементов в их соотношении с родным говором писателя
Многочисленные исследования творчества писателей, их языкового своеобразия свидетельствуют о том, что в своих произведениях каждый из них отражает прежде всего особенности речи той территории, на которой он родился и вырос. Совершенно очевидно, что писатель, в прошлом, возможно, носитель определенного диалекта, овладевает литературным я ...

Шиллер и Гете
В 1788 г. в Рудольштадте Шиллер познакомился с Гете. Их первая встреча состоялась еще в 1779 г., когда проездом в Швейцарию Гете посетил Вюртемберг. Можно представить себе чувства молодого Шиллера и его товарищей, слушателей Академии, когда они увидели своего кумира, Гете, уже известного всей Германии и в расцвете его физических и творч ...