Растление — одно из самых грозных слов в шаламовском приговоре лагерю. На собственном опыте писатель имел возможность убедиться, что нравственные и тем более физические силы человека не безграничны. Во многих его рассказах появляется образ доходяги — заключенного, который достиг предельной степени истощения. Доходяга живет лишь элементарными животными инстинктами, сознание его мутно, воля атрофирована.

Шаламов жестко увязывает экстремальность условий с душой, физической природой человека, уязвимого для голода, холода, болезней, побоев и т.п. Расчеловечение начинается именно с физических мук. Никто, пожалуй, не описал с такой достоверностью мук голода, как Шаламов. Во многих его рассказах подробнейшим образом изображается феноменология этой естественной потребности человека, превратившейся в хищную страсть, в болезнь, в жестокую пытку.

Не просто голод или холод, непосильный рабский труд или побои, но и разлагающие последствия этих экстремальных состояний — сквозной сюжет шаламовских рассказов. Физиология медленного умирания или столь же медленного восстановления замученного и униженного человека — в любом случае она его боль и мука; в своем истерзанном теле человек — как в тюрьме, из которой не выбраться.

Цветовая лексика в творчестве С. Есенина
Сергей Есенин, поэтическое сердце России, прожил яркую, короткую, как мгновение жизнь. Всего 30 лет. Своим читателям он ставил богатое поэтическое наследство. Есенинские строки обладают поистине колдовской силой, берут за душу, голос добирается до самых глубин человеческого сердца. И костёр зари, и плеск волны, и серебристая луна, и шел ...

Онтологическая поэзия и проза
Навсегда сохранится в истории русской литературы (в поэзии и прозе) направление, именовавшееся в разные периоды по-разному, но неизменно сохранявшее верность своей системе ценностей, своей системе символов, своей творческой миссии. Символы Дома, семьи, хозяина, древа, хлеба…Земли. Острый интерес к проблемам национальных корней русской ...

Творчество Бунина в период эмиграции
Из Константинополя Бунин переезжает в Болгарию, затем – Сербию, а в конце марта 1920 года прибыл в Париж – вместе с женой Верой Николаевной Муромцевой, ставшей его спутницей до конца дней. Он жил в Париже и на юге Франции, в Грассе, небольшом городке на юге, вблизи Канн. За 33 года, прожитых писателем во Франции, страна не стала для нег ...