Наше обращение к жанру жития обусловлено духовным возрождением русского общества, возрастанием интереса к святоотеческой литературе, а также полной неизученностью древне- и старорусской агиографии, которая, по схеме иерархии жанров древних славянских литератур, занимает ключевое место в древней словесности: житийный жанр располагается на стыке литератур конфессионально-литургической и оригинальной национальной.

Изучение русской святости в ее истории и ее религиозной феноменологии является сейчас одной из насущных задач нашего христианского и национального возрождения.

В светском сознании понятие "канон" чаще всего ассоциируется лишь с одной стороной его существования - художественной. Но еще А.Ф.Лосев, пытаясь определить понятие художественного канона, отмечал чрезвычайную "разноречивость и запутанность представлений о его сущности". Он не говорит о причинах такого положения. На наш взгляд, одной из них является то, что канон для культур канонического типа - понятие более широкое, имеющее как эстетические, так и внеэстетические аспекты, и рассматривать любые его проявления необходимо, учитывая всю его целостность. Являясь конструктивной основой художественного символа, канон, как правило, не был носителем эстетического (или художественного) значения. Оно, однако, возникало на его основе в каждом конкретном произведении искусства[1].

Все возрастающая потребность общества в увеличении объема информации, связанной с историей, историей религии, необходимость детального исследования произведений житийного жанра как литературного, исторического и духовного наследия Древней Руси и явилась причиной выбора для курсовой работы темы «Понятие канона в структуре житийного жанра».

“Манфред”
В 1817 году великий английский поэт навсегда покинул свою Родину, унося в душе печаль и горькую обиду изгнанника. С этого переломного момента в жизни Байрона начинается второй период его творчества, на протяжении которого были созданы поразительные по глубине и художественной силе произведения. Рассмотрим одно из них, наиболее важное дл ...

«Повесть о Фроле Скобееве»
Фрол, мелкий чиновник (он площадной подьячий или ябедник, промышляющий перепиской и составлением юридических бумаг и ведением дел своих клиентов), сам настойчиво, любыми средствами устраивает свою судьбу. Он хитростью женится на дочери знатного стольника Нардина-Нащокина Аннушке и становится наследником движимого и недвижимого имущества ...

Пространство и вещь как философско-художественные образы
Изучая пространство, Бродский оперирует не Эвклидовыми «Началами», а геометрией Лобачевского, в которой, как известно, параллельным прямым некуда деться: они пересекаются. И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут, но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут, тут конец перспективы. Пространство для поэта бесконечно, но это ...